Не так давно стало доподлинно известно, что Камчатку покидает замечательный человек, великолепный артист и педагог с большой буквы Лев Зиневич. Талантливый человек талантлив во всем. «В этом я сама убеждалась не раз, занимаясь в классе Льва Леопольдовича в далёком 1994 году. А сейчас, уже будучи артисткой оркестра и преподавателем, часто вспоминаю его советы и рекомендации». Об этом пишет в «Аргументах и фактах» Анна Завьялова.

— Лев Леопольдович, как вы пришли к музыке?

— Способности во мне разглядела бабушка. Я чисто и правильно повторял мелодии всех известных в те времена песен. Ещё когда был воспитанником детского сада, стал брать уроки скрипки у нашего сторожа Дмитрия Всеславьевича Альпицкого, человека с необычной и трагической судьбой, в прошлом талантливого педагога и артиста, который отметил меня среди всех малышей и согласился в частном порядке обучать игре на скрипке. Он всегда говорил мне: «Лёвушка, держи скрипочку так, чтобы тебе было удобно». И впоследствии все педагоги отмечали мою хорошую приспособляемость к инструменту.

А дальше была ДМШ № 1 Коканда, куда меня взяли сразу во второй класс. Обучение происходило на высоком уровне. Отчётные концерты здесь становились общегородским событием – в школе были ансамбли народных и духовых инструментов и даже свой симфонический оркестр!

Среднее образование я получил в Ташкенте, в музыкальном училище, где обучался у Исаака Николаевича Рейдера, автора методического пособия «Школа игры на скрипке». В конце 4-го курса, по его рекомендации, поехал на прослушивание в Москву к Михаилу Абрамовичу Гарлицкому (преподаватель Института им. Гнесиных, автор школы скрипичной игры). Прослушав меня, он сказал, что «этот парень может приехать сюда и поступить здесь без проблем».

Что я, собственно, и сделал. У меня даже был выбор между консерваторией и Гнесинкой, но вмешался случай. В консерваторию документы не приняли из-за отсутствия справки с места жительства. Так я стал студентом Института имени Гнесиных.

— Институт, а ныне Академия имени Гнесиных, – одно из самых престижных учебных заведений в мире. Насколько сложно было выдержать вступительные экзамены?

— Было действительно непросто. Из 47 абитуриентов поступило всего 17.

Через полтора года обучения меня призвали в ряды Советской Армии, где прослужил три года в Кантемировской дивизии наводчиком орудия среднего танка. После армии я вернулся и продолжил учёбу.

— Как вы попали на Камчатку?

— По окончании института был распределён в Амурскую область – мне сделали приглашение от Благовещенского музыкального училища. Основным местом работы была филармония, параллельно я стал преподавать в училище и музыкальной школе. А спустя время меня назначили директором училища. За этот период, кстати, мне удалось немало сделать. Даже, говоря современным языком, выбить четыре квартиры для преподавателей училища. Там же, в Благовещенске, я познакомился с Георгием Аввакумовым, который преподавал в музыкальной школе и был заведующим музыкальной частью в драматическом театре. А через пять лет я получил приглашение от Е.Б. Воробьёва, дирижёра Камчатского музыкального училища, приехать работать на полуостров. И я 13 лет проработал завучем в нашем Камчатском музыкальном училище. А после – заведующим оркестровым отделением.

— Для каждого человека главным событием в жизни является рождение детей. Вы – отец двух прекрасных дочерей. Но что можно назвать самым ярким в вашей жизни кроме их появления на свет?

— Мы очень счастливы нашими детьми, это всегда главный повод для гордости. А с появлением внучки наше счастье стало ещё более полным. И сейчас, благодаря переезду, мы будем иметь возможность видеться чаще.

А всё остальное связано с концертной и преподавательской деятельностью. В 1996 году поступило предложение от департамента по искусству Хомера (Аляска) поехать на гастроли в США. Там мы дали порядка 14 сольных концертов, имевших большой успех и очень тёплый приём публики. Моим партнёром был известный камчатский пианист и прекрасный концертмейстер Валерий Кравченко, с которым мы уже долгое время сотрудничали и продолжали сотрудничество по сей день.

— Аляской ведь зарубежные гастроли не ограничились?

— Да. По приглашению юридической фирмы «Престиж» мы побывали с концертами в Израиле. Там на тот момент уже было много русскоязычного населения из числа бывших граждан СССР, в том числе и наших знакомых. Я даже встретил своего школьного учителя труда!

Один из больших концертов проходил в Иерусалиме, мы играли много русской музыки. После к нам подходили люди, сердечно благодарили, говорили, что воспитаны на этой культуре и что им очень там этого не хватает. Конечно, такие встречи незабываемы.

Позже мне посчастливилось побывать в Сеуле. В составе группы профессоров Академии им. Гнесиных я там проработал три семестра. Поначалу сомневался – как без знания английского и тем более корейского языков буду общаться со студентами? Однако всё оказалось гораздо проще. Корейцы – потрясающе трудолюбивый и внимательный народ! Не в пример, кстати, некоторым нашим студентам. Всё, что не мог объяснить словами, я просто показывал на инструменте. Через урок делали как надо. В преподавании ведь главное – это отдача от учеников. Понимание, что не зря тратишь своё время и видишь результат. Всё это я сполна получал от корейских студентов. И на склоне лет чувствовал себя востребованным.

Кстати, одной из причин нашего отъезда с Камчатки является именно ощущение невостребованности. В колледже почти не осталось студентов – сегодня моя ученица отыграла государ­ственный экзамен и на следующий год на отделении остаётся только одна девочка-скрипачка.

— С чем, на ваш взгляд, связано такое положение с набором студентов?

— Демографический пробел и то, что родители стремятся дать детям более быстрое (ведь обучение музыке в целом составляет 15–17 лет) и экономически выгодное образование. Поколебалась и тройственная система образования в целом – когда школа ковала кадры для училища, а училище – для вуза. А после того, как музыкальные школы были переведены в систему МОУ ДОД, то бишь дополнительного образования, ситуация ещё больше ухудшилась.

Всё чаще можно услышать мнение директоров, что школы не готовят теперь кадры для поступления в музыкальные училища. А готовят слушателя-любителя. Так быть не должно. Сейчас все, в том числе и наше правительство, приходят к выводу, что система образования, сформированная в России не за одно столетие, разрушена. Русская и советская школа музыки, скрипичной игры – в частности, отличалась своим качеством, своей стройностью.

— Расскажите о своих увлечениях кроме музыки?

— Путешествия. Походы и разнообразные перелёты по Камчатке благодаря знакомству с экологическим клубом «Алней». Члены этого клуба благоустроили территорию базы «Родниковая» за Вилючинским перевалом. Это очень интересные люди, объединённые общей страстью к путешествиям и горным лыжам. Именно знакомство с ними подтолкнуло, кстати, мою супругу встать на горные лыжи и даже заняться самым экстремальным их видом – хели-ски.

— На протяжении многих лет с вами вместе любимая супруга Жанна Викторовна. Она не только жена, коллега, но и помощник в работе. Расскажите, как вы с ней познакомились. Была ли это любовь с первого взгляда?

На этот вопрос ответила Жанна Викторовна:

— Возможно, не с первого. Мы были ещё студентами. Лев Леопольдович тогда учился на пятом курсе Гнесинки и подрабатывал в музыкальной школе Электростали, где мой отец был заведующим струнным отделением. Я ходила туда заниматься, чтобы спокойно готовиться к урокам, не мешая соседям, ведь фортепиано – достаточно звучный инструмент. И как-то раз меня попросили помочь одному молодому преподавателю, которому срочно требовался концертмейстер. Так и началось наше знакомство. Изначально сугубо профессиональное. Мы вместе уже более 40 лет.

— Лев Леопольдович, вы уезжаете в Липецкую область. Там собираетесь заниматься творчеством?

— Одним из предложений было работать в Липецкой филармонии. Однако всё больше склоняюсь к мысли, что сейчас хотелось бы пожить для себя, ради своих детей и маленькой внучки.

Лев Леопольдович Зиневич родился 29 января 1944 года в Коканде (Узбекистан) в семье электрика и ткачихи. Заслуженный работник культуры РФ (1995). Лауреат премии областной филармонии «Золотая лира» (2000, 2003), лауреат Камчатской областной государственной премии (2002). Награждён медалями «20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945» (1965), «Ветеран труда» (1990), медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» второй степени (2005).

Дочь Анжела пошла по стопам родителей, с отличием окончив Камчатское музыкальное училище по классу фортепиано у Н.А. Масляник и не менее успешно – Академию им. Гнесиных в Москве. В настоящее время работает в Электростали. Дочь Яна – дипломированный акушер-гинеколог, живёт и работает в Лондоне.