ВЛАДИВОСТОК, 05 февраля, ДВ – РОСС. Известный приморский политик настаивает на собственной невиновности Леонид Бельтюков – человек в Приморье известный. Бывший моряк, журналист, редактор оппозиционной газеты «Приморье», краевой депутат двух созывов (с 1997 по 2006 годы). Входил в оппозиционные и «правящие» парламентские фракции, был членом «команды» Виктора Черепкова, Владимира Николаева, Сергея Дарькина.

Последнее место работы — директор Департамента лицензирования и регулирования отношений в сфере потребительского рынка АПК, предпоследнее «место жительства» — следственный изолятор Владивостока. Решением Фрунзенского районного суда Владивостока осужден на 4,5 года лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении по ст. 290 ч. 1 — получение взятки.

— Всё мое дело высосано из пальца, кто-то захотел меня с этого места убрать. Я даже догадываюсь, кто из депутатов городской думы и сколько за это заплатил, но у меня нет доказательств, — заявил экс-директор краевого департамента в интервью газете «Тихоокеанский комсомолец».

Нехороший департамент

На первый взгляд «доходность» вверенного департамента была невеликая, стоимость одной лицензии смешная, к примеру, на продажу алкогольной продукции в розничной сети — всего 3 000 целковых в год. Как пишет издание, в разы дороже, по слухам, сама «услуга», но кто тут имеет гешефт — чиновники либо загадочные «посредники», кормившиеся подле лицензионной конторы, либо те и другие вместе, решают компетентные органы. Они решили, что «кормился» начальник, сам Леонид настаивает на своей непорочности и «пушистости».

— Накануне всей этой истории ко мне приходили с предложением монополизировать разделку судов и рынок металла — я отказал. Та же история по игорному бизнесу: предлагали ежемесячное содержание 20 тысяч долларов, только дай согласование на размещение «автоматов» (это были бывшие работники ФСБ, МВД), но я твердо настаивал на работе «в белую».

Тогда мне сказали: посадим. «Посадкой» известного правдоруба и борца с коррупцией занялся силовик, крышевавший (по версии Бельтюкова) игорный бизнес, интересовавшийся томом и также предлагавший миллион «отступных». На миллионы Бельтюков не купился, зато погорел на… «скрепках». Как утверждает, по наивности, по неопытности.

— Сроки выдачи лицензий строго ограничены, а бумажная работа зависит от мелочей: то компьютеры сбоят, то картриджи кончились, то бумаги, то скрепок не хватает, и всегда приходится как-то выкручиваться, — рассказывает экс-чиновник. Чтоб миновать чиновничью волокиту (заявки, конкурсы, поставки и пр.), решил Леонид «на мелкие нужды» завести свой фонд, куда все клиенты могли нести спонсорскую помощь — сугубо на добровольной основе, божится визави.

— Предприниматели — люди нежадные, мне не раз предлагали помощь — отремонтировать коридоры, туалеты (у нас всё очень запущено), купить картриджи. Скажу больше, в департаменте уже был автобус, купленный одной фирмой и переданный нам на безвозмездной основе (это до меня), — повторю, бизнесмены у нас нежадные, и желающих поделиться — масса. Я и подумал, зачем каждый раз выпрашивать по знакомым бумагу, факсы, стулья, если можно открыть постоянный счет. Доложил о своей задумке по инстанции, там посоветовали провести мониторинг «желающих» — я и начал.

Подайте бывшему депутату

Выглядело это так: секретарь и начальник отдела обзванивали клиентуру с просьбою поддержать нуждающихся чиновников—кто сколько может, тысяч по десять, по пять (в рублях). Отказников не нашлось.

-Я не думал, что так обернется, — сокрушается нынче осужденный. — Ведь всего-то и было: пригласил начальника отдела, попросил: вот у меня на столе документы лежат на подпись, бери адреса, интересуйся, не хотят ли товарищи помочь.

Дальше еще интересней, по версии Бельтюкова, «отмониторенных» спонсоров секретарша записывала, но не в «гроссбухе», а… на пустых конвертах, с указанием фирмы и заявленной суммы «благотворения» — 5 000 р., 10 000 р.

— Я потом ее спрашивал, ну зачем ты записывала на конвертах?! Она говорит, что ей так удобнее вести учет. Кто ж знал! — сокрушается бывший руководитель.

На конвертах и погорели. Столь нетрадиционный «учет» потенциальных благотворителей вызвал массу вопросов. А что б вы подумали, увидев такой конвертик в столе у чиновника? Вот и оперативники: обнаружив при обыске в департаменте такие вещдоки с пометкой «5 000 р.», они «пришили» логически вытекающую статью — ВЗЯТКА.

Ладно бы только пустые конверты в приемной у секретарши — оперативники исхитрились поймать «с поличным» и самого начдепа.

— Это была моя самая большая ошибка, — кается нынче Леонид. — Одна дамочка-посредница (есть такой бизнес) очень настойчиво добивалась со мной личной встречи, во время которой я рассказал ей про спонсорство. А поскольку счет был еще не открыт, предложил оставлять конверты с деньгами у секретарши, обозначив фирму. И только вечером я проконсультировался с юристами, те отсоветовали брать наличку, — но было поздно.

«Святая простота» известного (некогда) борца с коррупцией изумляет. Она оказалась хуже натурального воровства: дамочка оказалась «заряженной», предложение Бельтюкова с указанием сумм было записано на диктофон и в суде стало одним из главных доказательств. Всё остальное—дело техники, конверт с наличкой был изъят на месте преступления (со стола секретарши) в присутствии понятых. Заодно замели и всю «картотеку» — стопку пустых конвертов с указанием сумм и фирм.

И грех и смех — но всё случилось в День дурака — 1 апреля.

Чиновники тоже плачут

Далее по известной схеме: арест, следствие, суд… Ни тем, ни другим, ни третьим Леонид недоволен, считает, что взятка была «спровоцирована», сомнительна репутация «взяткодателя», в ходе расследования и суда имели место давление на свидетелей, другие процессуальные нарушения и т. д.

Во многое верим сразу и безоговорочно, но это вовсе не отменяет вопросы, они есть. Но не к нашей Фемиде (с ней давно всё понятно), а к дважды приморскому депутату, известному оппозиционеру, былой «грозе» чиновников — Леониду Бельтюкову.

— Как вообще тебя, угораздило «сесть» на самый коррупциогенный (скажем так) департамент, причем в разгар «зачистки» администрации от казнокрадов — не ведал куда идешь?

— Это всё домыслы, что департамент — доходное «золотое дно», как думают некоторые. Какая «доходность» — выдавать разрешения на мелкую розницу, в основном это магазинчики по 50 метров. Почему Дарькин выбрал меня, не знаю, но задача стояла—снизить «теневой оборот» и повысить доходы бюджета. Я этим и занимался.

— Но как хватило ума из этого кресла просить помощь у бизнесменов? Это всё равно что начальник ГАИ просил бы «добровольно скинуться стоящих в очередях на регистрацию, за правами, техосмотром и т. д. автомобилистов — попробуй откажи!

— Вот так же мыслят и следователи, а я единственно что хотел, качественно обслуживать граждан, — но не мог. Вы просто не сталкивались с этими мелочами, когда срок поджимает, нужно выдать лицензию, а у тебя в конторе бланки закончились! Да на моем месте мог оказаться любой чиновник, потому что такие проблемы во всех департаментах, и всем приходится крутиться.

— Хочешь сказать, везде несут деньги в фонды?

— Да нет, все выкручиваются как могут — через знакомых, через какие-то организации. Ведь если есть спонсорский автобус, то почему не могут быть спонсорские скрепки? Вы подойдите к любому начальнику департамента, спросите — хлеб сладкий? Нет, не сладкий… Я попал как кур во щип.

Узник совести

— Не считаешь, что система тебя «слила»?

— Меня не «слили», на меня наехала другая «система», интересы которой я задел. Когда сидел в СИЗО, меня постоянно таскали в РУБОП, обещали закрыть мое дело, если я дам показания на губернатора, его вице, на краевых и городских депутатов. Я на это не пошел, оговаривать никого не стал, себя в том числе — признательных, показаний они из меня не выбили. За то и страдаю.

Заметь, кто признал вину и покаялся (те же Книжник, Николаев и пр.), получили условные сроки, а я…

— Почему «общественность» не поддержала тебя?

— Тут всё понятно, пока сам в чиновничью шкуру не влез, был уверен — каждый чиновник — коррупционер, а оно вон как обернулось. О партии и вспоминать не хочу, я еще в СИЗО сидел, а «Единая Россия» меня из списков вы черкнула… А я вообще когда-то кому-то удобен был?..

— Был бы неудобен, не получил бы такую должность…

— Ну так сложилось, мне предложили — я согласился, все-таки девять лет поработал в «белом доме», всех там нал… А в трудные дни рядом были друзья и родные, Серёга Грац, ему огромное спасибо.

— Ты ожидал, что твоя карьера вот так кончится?

— А почему ты решила, что она кончилась? Пять лет «на поселении»…

— Будешь баллотироваться на главу «поселения»?

— Нет, я буду бороться, шансы есть, — уперся осужденный. — Моя главная ошибка, что пришел со своим уставом в чужой монастырь, ведь многие предупреждали: «Лёня, ты хоть понял, против кого пошел, какие миллионы и миллиарды в игорном бизнесе и на рынке цветных металлов крутятся…» Лёня не понял. Ему про миллиарды, а он погорел на пяти тысячах рублях, за каждую тысячу — по году «поселения», это круто. Даже и не смешно, ведь история (в том числе и новейшая Владивостока) учит: воруй миллионами — отделаешься испугом. Или не воруй вовсе.

«Ежедневные новости Владивостока»