«Ведомости»: Никто в системе ФСИН не заинтересован в экономии и эффективном расходовании средств, а тем более в раскрытии реальных заработков
Далее он продолжает: «Это прерогатива федеральной казны, раздача питания содержащимся под стражей. Да пускай выделят мини-рестораны на колёсах, а уж что касается снятия начальников учреждений за их неисполнительность, какая может идти речь об адекватности оценки, если уже заранее был назначен другой начальник, а профессионалами тюремного дела в один день не становятся, особенно в вопросах чрезвычайных происшествий. Петр I ещё говорил: «тюрьма – дело окаянное», а в общем, всё это показушно, приехал, шашкой махнул и типа порядок навёл».
Неожиданное продолжение темы в публикации © «Ведомости», 06.10.2011.
КАК ДЕЛАЮТ ДЕНЬГИ НА ЗАКЛЮЧЕННЫХ И «ПИЛЯТ» БЮДЖЕТ В ТЮРЬМАХ
Тюрьма и мир: Предприниматели из ФСИН
В отношении начальника Главного управления ФСИН по Пермскому краю Александра Соколова возбуждено уголовное дело о превышении должностных полномочий, дело ведёт СК России.
[«ИТАР-ТАСС», 05.09.201. «В отношении начальника ГУ ФСИН по Пермскому краю возбуждено уголовное дело»: В отношении начальника Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний /ФСИН/ по Пермскому краю возбуждено уголовное дело о превышении должностных полномочий. Об этом ИТАР-ТАСС сообщил официальный представитель Следственного комитета РФ Владимир Маркин.
«Следственным управлением СК по Приволжскому федеральному округу возбуждено уголовное дело в отношении начальника ГУ ФСИН России по Пермскому краю генерал-лейтенанта внутренней службы Александра Соколова и его подчиненного — заместителя начальника объединения исправительных колоний номер 2 подполковника внутренней службы Климашевского, подозреваемых в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий)», — сказал он.
«По версии следствия, в 2010 году сотрудниками ГУ ФСИН при реализации имущества ликвидированного государственного предприятия — порта «Усолка», рыночная стоимость которого составляла более 25 миллионов рублей, были совершены действия, явно выходящие за пределы их полномочий. В нарушение требований гражданского законодательства ликвидационная комиссия, председателем которой являлся Климашевский, не размещала сведения о реализуемом имуществе и дате проведения торгов в СМИ, ограничившись рассылкой приглашений лишь нескольким юридическим лицам, из которых к участию в аукционе допущены две организации с одним и тем же учредителем», — сообщил Маркин.
По результатам проведённых торгов они признаны несостоявшимися, поскольку участниками аукциона были предложены соответственно цены в 7 млн и 5 млн 150 тысяч рублей, что значительно ниже начальной цены продажи имущества. «После этого председатель ликвидационной комиссии Климашевский в нарушение требований действующего законодательства обратился к Соколову с просьбой согласовать заключение прямого договора купли-продажи имущественного комплекса порта «Усолка» с юридическим лицом, предложившим на торгах наивысшую цену. На основании полученного от Соколова согласия имущество порта было реализовано по цене 7 миллионов рублей, то есть в несколько раз ниже рыночной, в результате чего интересам государства причинен существенный вред», — пояснил представитель СК. — Врезка К.ру]
Отчего-то мы чувствуем к этому некоторую причастность. За последние три года мы много где побывали — снаружи и внутри пенитенциарных учреждений, в том числе и в Пермском крае, и с уверенностью можем сказать: воруют. Повсеместно, цинично и пока, в общем, безнаказанно.
Сажать в тюрьму наблюдательных финансистов с ярко выраженной гражданской позицией — дело неблагодарное. Они немедленно подписываются на журнал «Ведомости уголовно-исполнительной системы», норовят изучать попадающиеся им финансовые документы и вникать в механизмы создания бюджетных и внебюджетных источников незаконного обогащения господ офицеров системы ФСИН. В системе ФСИН есть два основных источника поступления денежных средств. Во-первых, это федеральный бюджет (в 2010 г. было выделено порядка 6 миллиардов долларов). Во-вторых, это деньги, полученные от продажи продукции, изготовленной на предприятиях ФСИН, а также поступления средств за оказание услуг, чаще всего имеется в виду предоставление рабочей силы.
С рабочей силы и начнём. Главным источником рабочей силы являются колонии-поселения. Находящиеся в них осужденные должны в обязательном порядке работать. Работают зеки на предприятиях, расположенных неподалеку от колонии-поселения (КП), вне зависимости от формы собственности предприятия. Например, контингент КП № 21 Губахинского района Пермского края (бывший «Ширлаг») трудится на «Коксохиме», в «КЭС-холдинге», на Кизеловской швейной фабрике (одна из пяти фабрик, шьющих форму от Юдашкина), на отделочных работах на стройках или на предприятиях, производящих евродрова. Если говорить о правовой стороне, то из заработка осужденного не может вычитаться больше 75% (на оплату иска, если он есть, и на его содержание). При этом осужденный пользуется теми же трудовыми правами, что и обычный гражданин. Однако в реальности всё обстоит иначе. Например, ОАО «РЖД» платит за каждого работника-зека около 10 000 рублей в месяц — платит на счёт колонии. Начальник объединенного исправительного учреждения подписывает договор о предоставлении рабочей силы. По закону из этих 10 000 рублей не меньше четверти (2 500 рублей) переводится на счёт осужденного. Однако фактически больше 400-500 рублей в месяц никто не получает. То есть разница в 2 000 рублей в месяц (как минимум) не выплачивается. В КП-21 порядка 400 работников. Итого ежемесячно им не выплачивают 400 000 рублей.
Естественно, просто так списать их со счёта учреждения нельзя — их списывают через завышение расходов. Страдают две стороны: во-первых, осужденные и, во-вторых, бюджет Российской Федерации за счёт уменьшения налогооблагаемой базы. То есть здесь мы имеем целый букет серьёзных уголовно наказуемых деяний. И происходит это практически повсеместно в учреждениях системы ФСИН. В Тамбовской области, где в ИК-3 зеки делают металлические офисные стеллажи, осужденные получают на руки по 60-70 рублей в месяц, хотя по закону зек не может получать меньше МРОТ. То есть меньше 1 000 рублей в месяц выплачивать нельзя, а списание 3 000 рублей в месяц должно быть обоснованным, в особенности если к осужденному не предъявлено исков. Но контроль за этими выплатами ослаблен, поскольку деньги это не бюджетные. Конечно, осужденные жалуются. Но не все умеют делать это грамотно: жаловаться надо в Трудовую инспекцию, там после минимальной проверки сразу идут в прокуратуру. А при поступлении первого же сигнала из прокуратуры руководство зоны старается освободить зека по УДО — в обмен на отзыв жалобы. Обращения же в вышестоящие органы системы ФСИН бесполезны. У нас хранится одна такая бумага — жалоба и ответ из ФСИН, весьма издевательский.
Разумеется, в хозяйственной деятельности учреждений ФСИН популярны и прямые откаты. Если речь идёт о производстве продукции в самой зоне (например, тех же стеллажей), контракт с зоной заключает не прямой покупатель, а посредник — с комиссионными в 20% от стоимости контракта. Разумеется, такая компания обычно принадлежит родственникам руководства управления ФСИН, областного или краевого. Указания, с кем конкретно подписывать договор начальнику зоны, даёт начальник УФСИН.
Что касается денег, выделяемых из бюджета, то их воруют гораздо аккуратнее. Проще всего уводить деньги, выделяемые на ремонт помещений, где проживают осужденные, и комнат для длительных свиданий с родственниками. В момент, когда деньги на ремонт поступают на счёт учреждения, среди зеков и их родственников объявляется сбор ровно той же суммы на тот же ремонт. Осужденные считают, что сделали ремонт своими силами. Опытные зеки никогда не дают наличных денег, а если уж очень надо, отдают свою долю сразу стройматериалами, что усложняет начальству жизнь, но не слишком сильно. Ну и традиционным остается развлечение с закупками ГСМ. Например: мы читали в «Ведомостях уголовно-исполнительной системы» отчёт ФСИН, в котором привычно говорится о том, как два учреждения, расположенные по соседству, закупают ГСМ по ценам, отличающимся вдвое.
Если просто поделить годовой бюджет ФСИН на число осуждённых, содержащихся в местах лишения свободы, обнаружится, что государство на каждого зека тратит 14 000 рублей в месяц — это при том, что на питание ему отпущено 1 000 рублей в месяц, а одежда и прочие излишества вычитаются из его заработка. То есть остальные расходы — это управленческий аппарат, охрана и оплата коммунальных услуг. Причём именно коммунальные услуги — это очень дорогое для налогоплательщиков удовольствие. Устаревшая полвека назад инфраструктура весьма способствует тому, что налогоплательщики отапливают тундру. Отсутствие нормальных отопительных приборов приводит к тому, что зеки сами изготавливают так называемые тэны — это самодельные обогреватели, состоящие из самодельного радиатора, заполненного водой, и напильника, к которому присоединен оголенный электропровод.
Никто в системе ФСИН не заинтересован в экономии и эффективном расходовании средств, а тем более в раскрытии реальных заработков. Тюрьмы и зоны продолжают латать, хотя дешевле и разумнее вкладываться в строительство новых объектов. Если стоит задача спалить деньги, то можно продолжать в том же духе.
Ольга Романова
Алексей Козлов
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/268650/predprinimateli_iz_fsin
Добавить комментарий