«АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НАУЧНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ РОССИЙСКОГО РЫБОЛОВСТВА»

Выступление на III Всероссийском съезде работников рыбного хозяйства

Хорошо известно, что прогресс любой экономики в значительной мере обусловлен наукой. В рыбном хозяйстве наука является неотъемлемой частью сложного рыбохозяйственного комплекса, без которой отрасль не может функционировать. Надо сказать, внимание государства к проблемам рыбаков и рыбохозяйственной науки в последние годы существенно возросло. Была, по сути, создана новая нормативно-правовая основа рыболовства, прилично отлажена работа Агентства. В последние годы, например, план-график морских экспедиций институты получают вместе с подписанием госконтракта в декабре предшествующего исследованиям года. Как ужасный сон вспоминаются 2003 год, когда график ТИНРО был утвержден 6 августа, то есть морские исследования задержались на семь с лишним месяцев, или 2004 год, когда окончательный план-график был получен вообще в сентябре.

В 2009 году прежняя система финансирования научных исследований через квоты вылова, имевшая нарекания со стороны государственных органов и рыбацкого сообщества и не устраивающая самих учёных, была, наконец заменена на бюджетное финансирование.

Это не замедлило отразиться на результатах научных исследований, поскольку позволило провести ряд полновесных и дорогостоящих научно-исследовательских экспедиций. Рост отечественного вылова и производства рыбопродукции в последние четыре года обеспечен в значительной степени акцентом научных исследований на решение актуальных задач промышленности, внедрения в практику научного сопровождения основных промысловых путин. На Дальневосточном бассейне – это, прежде всего, промысел минтая, лососей, сайры, сельди. На северном – трески и мойвы.

Наиболее показательные результаты достигнуты на промысле тихоокеанских лососей, где в течение двух последних нечётных лет уровень вылова дважды превысил полмиллиона тонн и достиг исторического максимума. Здесь эффект расширения научных исследований оказался усилен отказом от регулирования промысла лососёвых через общедопустимый улов (ОДУ).

Обоснованные предложения науки по оперативному регулированию промыслов и сокращению перечня видов, для которых устанавливается ОДУ, а также повышение качества научных прогнозов – важные факторы роста отечественного вылова только за последние четыре года с 3,34 до 4,23 миллиона тонн, то есть на 21 процент. Рост потребления рыбы на душу населения в год вырос за тот же срок в 1,5 раза и приблизился к 22 килограммам.

Концепция развития рыбохозяйственной науки до 2020 года возлагает на отраслевую науку серьёзные задачи, в частности обеспечение в 2020 оду вылова отечественными рыбаками 6,2 миллиона тонн. Такие планы могут быть выполнены нами только при условии соответствующего организационного, правового и финансового обеспечения исследовательской деятельности.

К сожалению, объём реальных средств на НИР с 2009 года стал поступательно снижаться, достигнув критического уровня. Из запланированных в бюджете 2009 года 4,5 миллиардов рублей после двукратного секвестирования науке досталось только 3,1. А дальше – хуже. Это связано с тем, что четвёртый год к этому фиксированному финансированию рыбохозяйственной науки не применяется дефлятор, происходит неуправляемый рост цен в первую очередь на топливо, растут и социальные обязательства. Таким образом, фактическое финансирование уменьшилось на 40 процентов.

Надо отметить, что всё финансирование российской рыбохозяйственной науки равно объёму средств, который тратит один из норвежских НИИ в городе Берген. Ещё факт. Японский рыбохозяйственный научно-исследовательский центр состоит из девяти НИИ, в них работает около тысячи учёных. Японская наука использует девять собственных научно-исследовательских судов. В 2010 году объём финансирования этого Научного центра составил более 20 миллиардов иен или около 260 миллионов долларов. Научный потенциал ТИНРО-Центра – головной научной организации на Дальнем Востоке, примерно такой же и даже поболее: 1 200 сотрудников, 14 собственных научных судов в 2010 году. Однако бюджетное финансирование российского научного центра в восемь раз меньше.

В результате недостатка средств началось существенное сокращение морских экспедиций. Количество судосуток научной работы крупнейшего в отрасли научного флота ТИНРО за три последних года сократилось с 2 700 до 1 300. А в целом по Дальневосточному бассейну продолжительность экспедиционных работ упала в 3,5 раза. Примерно втрое сократились судовые исследования в северном, западном и южном промысловых бассейнах. В пресноводных водоёмах ситуация и того хуже.

В этой аудитории нет нужды объяснять, к чему ведёт сокращение объёмов научно-экспедиционных работ – основного источника информации о состоянии ресурсов – в конечном итоге к снижению рекомендуемых объёмов вылова, а для рыбаков – к сокращению квот.

Следует особо подчеркнуть, что снижение объёмов и качества информации о состоянии биоресурсов происходит в ситуации, когда они требуют особого внимания со стороны науки. Такие важнейшие дальневосточные промысловые объекты как минтай, лососи, сельди в настоящее время находятся на пике своей численности, и это их состояние в соответствии с законами природы не может продолжаться бесконечно. Периоды смены тенденций в динамике биоресурсов требуют особенно серьёзных исследований с оценкой возможных последствий и всегда болезненны для рыбаков, если отсутствует заблаговременный прогноз. На северном бассейне ситуация ещё сложнее. Там наблюдается падение запасов путассу, трески, пикши – основных объектов промысла.

Задаваясь вопросом, как же возможен был рост вылова страны в условиях такого научного обеспечения надо помнить о том, что, во-первых, наша наука не зря очень высоко котируется в мире. В предыдущие годы были сделаны научные заделы в исследовании водных биологических ресурсов. Во-вторых, прогнозы делаются на материалах экспедиций с двухлетним упреждением. Таким образом, прогнозы 2011 года, например, основывались на морских исследованиях 2009 года, относительно благополучного по сравнению с последующими годами.

Сегодня нужно срочно хотя бы вдвое увеличить финансирование нашей науки. Расчёты потребностей сделаны уже давно и очень тщательно. Мы обосновали каждую необходимую океанологическую станцию и траление, обсчитали работу каждого учёного от инженера до доктора наук. Уверен, наша наука как всегда было отработает затраты на неё и вернёт их сторицей стране и рыбакам.

Останавливаясь на наиболее острых и важных для рыбохозяйственной науки проблемах, безусловно, следует выделить проблему обновления научно-исследовательского флота. Этот вопрос нашёл отражение во всех государственных документах, включая отраслевую Федеральную целевую программу, ФЦП. Однако, планы всё ещё далеки от реализации.

Общеизвестно, каким флотом обладала отечественная рыбохозяйственная наука в прошлом. И этот флот мог решать задачи любого масштаба. Сохранив с большим трудом минимальный объём флота в сложные времена 90-х годов, мы до середины 2000-х годов даже приобретали себе суда. Сегодня мы вынуждены списывать флот. В 2011 году ТИНРО уже списал два судна. На 2012 году планируется списание ещё одного большого научно-исследовательского судна. Основа сегодняшнего научного флота отрасли – 25-летние и более старые суда.

Необходимо отметить, что 20 лет назад наши суда в отечественных морях, да и в открытом океане работали бок о бок с судами других ведомств (Академии наук, гидрометеорологии, военной гидрографии). Исследуя безбрежные просторы Мирового океана, разные ведомства успешно обменивались информацией, продуктивно дополняя друг друга. В последнее 15 лет научный флот нашей отрасли остался в дальневосточных морях без этой поддержки, и при решении проблем общегосударственного характера все взгляды обращены именно к нашим научным судам.

Характерна история с аварией на АЭС «Фукусима-1», когда даже при наличии соответствующих ведомств, нагрузка по контролю радиологической обстановки в океане легла на корабли ТИНРО, которые сделали более 12 тысяч проб воды, воздуха и гидробионтов. Мы справились и с этой задачей, без всякого дополнительного финансирования, но что далее? Нужно, наконец, строить новые научно-исследовательские суда. Морские научные исследования – основа рациональной эксплуатации биоресурсов, основа всего рыболовства.

Ни для кого не секрет, что отечественный промысел жёстко регламентирован. Подчас, однако, различные меры контроля за промыслом не достигают цели. Регламентация деятельности научно-исследовательского флота, при этом, сегодня достигла уровня, когда решение одной из главных задач – расширения сырьевой базы за счёт новых объектов – уходит за грань возможного.

Наглядный пример – проблема изучения ресурсов Арктики. Наука, в частности, ТИНРО-Центр не имеет зачастую возможности вести там поисковые работы. По существующим правилам изымать объект из среды, даже в научных целях, можно только в рамках утверждённого возможного вылова. А как определить эту величину в новых районах, где ещё не проводилось исследований? Механизм реализации статьи 29 Федерального закона «О рыболовстве …», касающейся новых районов и объектов добычи, отсутствует.

Другой пример – проблема многократного пересечения государственной границы, которая после долгих лет проработки всё же была решена для рыболовецких, но почему-то – не для научных судов. Действие постановления Правительства Российской Федерации номер 560 не распространяется на суда флота рыбохозяйственной науки, что серьёзно препятствует выполнению ресурсных исследований. Разделение исследовательских съёмок на две части (в территориальном море и исключительной экономической зоне России) нарушает их непрерывность, а, следовательно, ухудшает качество собираемых данных. Необходимость возврата в порты для оформления между двумя этапами ресурсных исследований определяет рост временных и финансовых затрат.

На наш взгляд, следует разрешить подведомственным Росрыболовству научно-исследовательским организациям изучать и, соответственно, изымать водные биоресурсы в необходимом количестве повсеместно и вне зависимости от сроков работ. Речь в данном случае идёт о незначительных количествах, не превышающих сотни тонн. Наука сегодня не заинтересована изымать больше ресурсов, чем требуется для исследований, поскольку в соответствии с 21 статьёй «Закона о рыболовстве…» все эти ресурсы после проведения работ следует выпускать или уничтожать, а, следовательно, заморозить, сохранить и доставить к местам уничтожения, что сложно и дорого. Указанная статья вызывает справедливые нарекания со стороны всего рыбацкого сообщества и общественности. Она противоречит и международной практике, а также мировым тенденциям рыболовства. Давайте просто отдадим эту рыбу детям и престарелым.

Ни для кого не секрет, что охрана биоресурсов всё ещё остаётся малоэффективной, несмотря на усилия государства по противодействию незаконному, несоблюдаемому, нерегулируемому ННН-промыслу. Дело это сложное и лукавое. Ещё древние римляне риторически спрашивали: «Кто контролирует контролёра?» При этом многократно высказанные предложения науки по решению этой проблемы остаются нереализованными.

Один из перспективных подходов – прямое взвешивание уловов на борту рыболовного судна. Мы настойчиво предлагаем такой способ учёта в соответствии с основной функцией рыбохозяйственной науки – способствовать прогрессу рыбного хозяйства. Прямое взвешивание улова даст не только объективную информацию контролирующим органам об объёмах вылова, но и решит целый комплекс действительно важных задач – проблему выбросов, определит необходимость обработки всего улова, а не только наиболее коммерчески важной его части. Обработка всего улова потребует использования эффективных безотходных технологий получения пищевой и технической продукции. То есть, на этом пути одна задача по цепочке потребует решения следующей, с ней связанной, что и является естественным путём модернизации отрасли.

Наука не призывает вводить эту техническую меру контроля завтра, надо дать 2-3 года рыбакам на оснащение судов. Но делать это надо и эффект будет не меньше, чем от внедрения технических средств контроля позиционирования флота.

Рыбное хозяйство исторически является сложным комплексом, где все составные части связаны. Рыбохозяйственная наука – это компас развития рыбной промышленности. Она всегда носила комплексный характер.

Однако в последние годы государственное финансирование распространяется в основном на исследования биоресурсов, а финансирование технологических исследований аквакультуры и других направлений отослано к бизнесу. Но бизнес предпочитает научному поиску готовые решения. В результате прогресс в данной сфере столь же слаб, как если бы мы изучение сырьевой базы вели только на промысловых, а не научных судах.

Исследования безопасности сырья, мониторинг окружающей промысловые объекты среды, влияния искусственных популяций на экосистемы, распространение инвазивных видов, паразитов и болезней, разработка продуктов специального назначения для детей, армии, космоса и так далее – дела государственные, которые не продвинуть без государственной поддержки. Сужение тематики комплексных отраслевых институтов до сырьевых научных исследований противоречит, по сути, общей государственной политике ухода экономики от сырьевой направленности. Именно эти исследования нужны, чтобы не торговать мороженой рыбой, а получать прибавочную стоимость за счёт наукоёмкой пищевой, технической, фармакологической и даже косметической продукции.

Давайте же обеспечим полноценное использование этого точного и производительного инструмента – рыбохозяйственной науки, пока он не устарел и не утратил способности совершенствоваться. Ещё не поздно. Это не тот случай, когда необходимый инструмент можно ввезти из заграницы.

И последнее, о чем нельзя не сказать на этом Съезде. Свою трудную работу рыбаки делают в суровых и изменчивых морях-океанах. И поэтому для них так важны надёжность и стабильность на берегу – в своей семье, в своей компании, в своей стране. Знаю многих в этом зале, и меня знают многие давно. Поэтому искренне говорю Вам. Нам нужна политическая стабильность и неуклонное экономическое развитие, нам нужна сильная Россия. Будет сильной Россия – преодолеем трудности, разрешим проблемы. Другого выбора нет.

Источник: FishNews