Эвенки севера Амурской области громко заявили о себе, вернее, о своих проблемах, в феврале 2012 года. Сначала они собрали пресс-конференцию, на которой сообщили, что промышленники, которые работают на севере Приамурья, крайне варварски относятся к природной среде и не дают эвенкам заниматься традиционными промыслами. А теперь вот ещё и жители села Ивановское в Селемджинском районе собираются бойкотировать выборы президента.

Почему вдруг, об этом состоялся разговор журналиста информагентства «Амур.инфо» Оксаны Руденко с представителем общины «Селиткан» Селемджинского района Денисом Сафроновым.

— Денис, север области давно и активно осваивается. Там работают крупные золотопромышленники, там лес рубят. Почему сейчас вдруг вы заговорили о том, что они губят вашу среду обитания и плохо относятся к природе?

— Что касается села Ивановское, там золотопромышленники «выбили» себе лицензию, проходящую по двум ключам – Ивановскому и Богородскому, которые являются единственными источниками воды в данных населённых пунктах. Там ещё есть Ольгинск, село русское, рядом, в двух километрах. Если будут разрабатывать это месторождение, они фактически залезут, так скажем, прямо на сельскую территорию, где непосредственно находятся жилые дома людей. Вдоль Ивановского ключа проходит целая улица в селе Ивановском.

— И против этого люди протестуют, именно из-за этого они собираются бойкотировать выборы?

— Да. Это уже последний крик. Потому что, во-первых, не было даже общественных слушаний по этому поводу, по поводу этих ключей. Во-вторых, люди не знают, что происходит, как это всё будет, куда их будут выселять.

А что касается территории, где развивается оленеводство, идёт охотпромысел, то там идут разработки постоянно. И это связано не только с той компанией, которая сейчас хочет эксплуатировать ключи Ивановский и Богородский, но и с другими фирмами.

Это добыча золота. Золото непосредственно промывается на драге, потом всё это сливается в реку, в ручей. После себя они оставляют лунный ландшафт.

Сейчас методы разработок ужесточились. Они стали просто страшные. Если раньше золото добывали ручным методом, то уже в советское время пришла ртуть, и всё это оседает там. Сейчас используется цианид. Плюс взрывы. Страшные до такой степени, что в Златоустовске у людей стёкла вылетают в домах. Пугающий эффект для диких животных, для диких зверей.

Не так давно я лично разговаривал с охотниками-оленеводами, которые непосредственно там пасут свои стада. Они говорят, что раньше видели до 40-50 голов диких оленей в этих местах. Такие стада там проходили. Сейчас там нет даже птиц. Но вопрос о рекультивации никто не ставит, и это самое главное. Тем более такой хрупкой природы. Там район постановлением правительства официально приравнен к районам Крайнего Севера. И там просто девственная природа, фактически как Швейцария. Это место курортное: горный воздух, чистейшая родниковая вода. Природа северная, неиспорченная цивилизацией. И она полностью уничтожается.

Рекультивацию совершенно не проводят. Эти котлованы стоят ещё с советских времён. Но в советское время была какая-то отдача адекватная. Было полное гособеспечение, было финансирование, был северный завоз, были льготы при поступлении в вузы для коренных малочисленных народов Севера. То есть был целый комплекс мероприятий, который каким-то образом компенсировал вот эту страшную ситуацию, на самом деле страшную.

Сейчас мы лишены всего этого. Советский Союз развалился, у нас сейчас другие концепции, другие походы. Целая статья 69 есть в Конституции, посвящённая коренным малочисленным народам. Но, к сожалению, в полном объёме она не работает.

За этим следить должны, в первую очередь, органы местного самоуправления. Это их компетенция, их правомочие. Они имеют право осуществлять контроль за использованием земель на своей территории. Но они этого не делают, потому что, я так понимаю, они работают «под» этими компаниями. Возможно, в этом есть элемент коррупции.

Природоохранная прокуратура тоже должна этим заниматься. Но уголовного дела именно с нарушениями природоохранного законодательства мы не наблюдаем до сих пор. Хотя там, грубо говоря, сплошь и рядом идёт: и браконьерство там есть, и золотопромышленники, и китайцев целыми группами по 80 человек туда завозят. Но самая главная проблема, конечно, – промышленники.

— А что вы предлагаете? Какой выход, по-вашему, есть?

— Выход есть, и он здесь. У нас есть областной закон о территориях традиционного природопользования. Прекрасный закон. Я смотрел законы других субъектов, наш, считаю, самый лучший. Там есть конкретный механизм взаимодействия власти, бизнеса, которым там занимаются золотопромышленники, лесники и так далее и тому подобное, транспортом, трубопроводом и остальным, и общины.

— Я так понимаю, что промышленники должны заключать договор с общиной?

— Совершенно верно. Компенсационные соглашения – раз. Но самое главное – власть должна сама поставить вопросы о рекультивации. Потому что это всё пойдёт потомкам. Вот о чём разговор! Что мы оставляем своим детям, внукам, правнукам, которые будут жить на этой земле?

Если, допустим, наш губернатор будет разговаривать с президентом на том уровне, на котором разговаривает губернатор штата Аляска с президентом Обамой, тогда, я думаю, всё будет нормально.

— Тогда мы станем Америкой.

— Да. Когда 90 процентов всех ресурсов, платежей и так далее остаётся в субъекте Федерации… Вот когда у нас будет оставаться 90 процентов, тогда будет совершенно другой разговор.

— Есть такие мнения, что малочисленные народы зачастую становятся иждивенцами. И эвенки сейчас спиваются. Об этом тоже говорят. Может быть, вот эти денежные субсидии разлагают народ, не дают им работать?

— Нет, это не так. Ситуация какая? Действительно, всех эвенков, всех коренных малочисленных народов приучили вот к этой тотальной государственной поддержке, в частности, интернатской системе, тому, что было в Советском Союзе. А когда началась реформа, резко всех бросили. И что получилось? Алкоголизация, люмпенизация населения.

— Вы считаете, что не надо пытаться, как в советское время, приспосабливать эвенков к современной жизни, а, наоборот, дать им больше свободы, чтобы они занимались своим традиционным? На это надо делать ставку?

— Да, совершенно верно. Надо делать ставку на свои традиционные отрасли, язык, хозяйство, промыслы. Вот это развивать.

— Эвенки – народ, который уменьшается с каждым годом. Сейчас их осталось 1 300. И крупные золотодобывающие предприятия, которые имеют филиалы по всему миру. Как здесь эвенкам тягаться, какие условия можно ставить, ведь это два совершенно разных уровня?

— На стороне эвенков, во-первых, правда и закон. И на стороне эвенков обязательно должны быть органы местного самоуправления, то есть местная власть, и другая государственная власть – областная, федеральная. Только тогда эвенки смогут на равных разговаривать с этими компаниями. Вот мой ответ на этот вопрос.