Обо всем этом женщина рассказала в своем письме в редакцию интернет-издания ДВ-РОСС

«Я разошлась со своим мужем Кононенко Игорем Юрьевичем в ноябре 2004 года. До этого жили как все средне-статистические семьи, имеем совместных дочерей 1986 и 2001 годов рождения.

У нас были общие интересы, мы вместе проводили отдых, также вели совместный бизнес, а офис находился у нас дома, при этом старшая дочь Ольга вела делопроизводство. Жили мы дружно, и ничто не предвещало развода. Гром, как говорится, грянул среди ясного неба: когда нашей младшей дочери Милане был годик, у Игоря обострилось хроническое заболевание нейрофиброматоз, на основании которого врачи поставили ему диагноз: меланома. И тогда Игорь сказал: «Дай мне пожить последние пять лет одному. Врачи поставили диагноз – рак кожи». После чего попросил развод и сказал, что согласен отдать всё семье, обещая достойное содержание на тот момент единственной семье. А весь бизнес обещал оставить старшей дочери.

В ту пору, проявляя благородство, Игорь не был мелочным. Учил старшую дочь Ольгу за границей и нам с Миланой помогал по мере возможности.

История стала приобретать драматический характер в 2005 году после появления у моего бывшего мужа адвоката Гришина Игоря Валерьевича. Кононенко Игорь Юрьевич стал резко меняться на глазах в худшую сторону, и при этом чувствовалось, что «поёт» он с чужого голоса. Его отношение к бывшей семье резко изменилось. Он отказался от всех прежних намерений по поддержанию своей бывшей семьи.

По закону ГПК и СК подписывается «Мировое соглашение», которое было составлено в октябре 2005 году его адвокатом Гришиным И.В. ЛИЧНО!

В этом «Мировом соглашении» были соблюдены все финансовые интересы моего мужа. Ему оставался весь бизнес, приносивший немалые финансовые доходы (все доли в уставных капиталах, приобретённые во время нашего брака). А на мою долю оставались лишь двухкомнатная квартира и проживаемые в ней обе дочери. Я должна была выполнить все пункты «Мирового соглашения», которые и были выполнены. Но вот само «Мировое соглашение», по непонятным на тот момент причинам, не было подписано со стороны Кононенко Игоря Юрьевича, что для меня до сих пор остаётся тайной за семью печатями.

Гришин И.В. решил научить меня жить по Закону и, вступив «на тропу войны», урезал алиментное содержание через судебного пристава Фрунзенского района г. Владивостока Сесареву Н.В. до 3.759 рублей и приходить они стали почему-то аж с Камчатки. Доходило до абсурдных 718 рублей в августе 2007 года. И этот маразм продолжался до июня 2009 года.

Я неоднократно обращалась с этой проблемой в Службу судебных приставов Фрунзенского района г. Владивостока, где мне отвечали, что «видно, судьба ваша такая получать такие алименты».

Увидев унизительность всей системы взыскиваемости алиментов во Фрунзенском районе, я была вынуждена обратиться в суд за выплатой алиментов в твёрдом размере, с учётом реальных доходов бывшего мужа, так как младшая дочь Милана пошла в первый класс и ходила в специализированную частную школу. А как гласит Семейный кодекс, уровень жизни ребёнка должен оставаться таким же, как и раньше в период нашего брака. Младшая дочь стала «заложником» распрей своих родителей. При этом она видела, что я делаю всё возможное для поддержания достойного и привычного для неё уровня жизни, а папа, со своей стороны, всячески уклоняется от реальной помощи.

В процессах участвовала помощник адвоката Гришина И.В. Яшина А.Н. Доводы, приводимые Яшиной в суде по взысканию алиментов, унижали меня как человека, женщину и мать. Более того, зачем-то к материалам дела была приобщена моя карта из женской поликлиники. И вдобавок ко всему, пока я по состоянию здоровья ребёнка пропускала по уважительной причине судебные заседания, в мой адрес был выставлен Иск «О возмещении ущерба и взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами». А перед этим Гришин И.В. попытался инициировать уголовное дело по факту якобы подделки документов мною в Ленинском РОВД.
Результатом всех моих и моей несовершеннолетней дочери судебных мытарств в течение 2, 5 лет было хождение за «правдой» (во Фрунзенский суд, краевой суд по гражданским делам и к мировым судьям Советского и Фрунзенского районов г. Владивостока). Дочь Милана провела в коридорах судов львиную долю своих летних каникул и даже готова была дать показания, жила этой взрослой жизнью и всех судей знала по фамилиям и в лицо.

А самое ужасное, что произошло за эти последние три года для меня и Миланы, это то, что адвокаты Кононенко И.Ю. научили её родного папу обманом и тайно сдать кровь дочери на ДНК (хотя могли бы сделать отдельным иском, и я была бы не против). Из-за этого случая у Миланы был нервный срыв, и мы были вынуждены зафиксировать этот случай во Фрунзенском РОВД в сентябре 2010. Такая низость и непорядочность! А где же адвокатская этика?

Всю судебную волокиту помог остановить только председатель краевого суда Хижинский А.А. Но несмотря на выигранные мною все судебные дела, я до сих пор так и не получила на руки «Мирового соглашения» с бывшим мужем. И не имею нормальной, стабильной, социально защищённой жизни с дочерью, так как месяц назад мне лично по телефону угрожали о возбуждении четырёх уголовных дел в отношении меня.

Прошу обратить внимание Минюста по Приморскому краю на профессиональную деятельность Гришина И.В. и дать оценку его адвокатской этике, моральной чистоты в правовых вопросах в отношении меня и моей семьи.

С уважением, Ирина Кононенко».