НЫНЕШНИЙ ЭТАП В РАЗВИТИИ РОССИЙСКОГО ПЧЕЛОВОДСТВА – ЭТО ТУПИКОВЫЙ, БЕСПЕРСПЕКТИВНЫЙ ПУТЬ

ВЛАДИВОСТОК, 6 мая, ДВ-РОСС. Массовая гибель пчёл, из-за которой несколько лет подряд пчеловоды США и других стран мира лишаются 30-40% пчелиных семей, похоже, подбирается и к России. В трёх регионах страны в 2008 году была зафиксирована почти 50% гибель пчёл. Сможет ли отрасль противостоять надвигающейся угрозе? Ситуацию анализируют эксперт Общества пчеловодов столицы Аркадий Паньшин и Александр Пономарев.

В последние годы в мире коренным образом изменилось отношение к пчеловодству. Одна из причин этого – небывало высокая ежегодная гибель пчёл от различных болезней, паразитов и прочих «напастей». Прогнозируется, что при сохранении этой тенденции медоносные пчёлы, а с ними – и пчеловодство исчезнут в ряде стран уже в следующем десятилетии.

Это будет глобальной катастрофой, ведь благодаря медоносным пчёлам производится 30% продовольствия и поддерживается биологическое разнообразие на нашей планете.

ОПЫЛЕНИЕ ИМПОРТИРОВАТЬ НЕВОЗМОЖНО

Опыленческие «услуги» крылатых тружениц оцениваются в 153 млрд евро, что в 10 — 20 раз превышает стоимость мёда и других продуктов пчеловодства. И если мёд, при необходимости, можно приобрести на мировом рынке, то опыление импортировать невозможно.

Вот почему за рубежом проблемы защиты пчёл и пчеловодства обсуждаются на заседаниях парламентов и правительств, на пчеловодных форумах и в СМИ. Никогда прежде дискуссии на эти темы не заходили так глубоко в сферу экономики, политики и международного сотрудничества. Проводятся масштабные научные исследования и журналистские расследования, издаются монографии, снимаются документальные фильмы. К защите пчёл подключаются экологические и другие общественные организации, компании АПК и пищевой промышленности. Как отмечают эксперты, теперь за один день можно узнать о пчёлах больше, чем за все 90-е годы прошлого века.

Тревогу за судьбу пчеловодства выражает Международная федерация пчеловодных объединений – Апимондия. Её руководители подчеркивают, что производство мёда и других продуктов пчеловодства во всем мире «сокращается угрожающими темпами», что под вопрос поставлено «обеспечение человечества продовольствием». Апимондия расширяет рамки сотрудничества c входящими в неё пчеловодными объединениями и с международными организациями. Намечено внести соответствующие изменения в устав, создать пять новых постоянных комитетов в дополнение к уже существующим семи.

Европарламент в своей резолюции в конце 2008 г. рекомендовал Европейской комиссии расширить научные исследования болезней и паразитов пчёл; отработать механизм финансовой поддержки пчеловодов; при разработке нормативных актов принимать во внимание вопросы защиты здоровья пчёл и возможные последствия для пчеловодства от культивации трансгенных растений.

По сути, речь в этом документе идёт об увеличении и без того значительных субсидий на сохранение и развитие европейского пчеловодства. Ежегодно на эти цели из бюджетов ЕС и стран-членов выделяется около 100 млн евро. В Испании, например, в 2010 г. на это выделено 10 млн евро. Из 5 млн евро, предоставленных пчеловодству Чехии по линии ЕС в 2008 г.:

— 44% составила техническая помощь (проведение курсов повышения квалификации и семинаров для пчеловодов и специалистов, презентаций для пчеловодов, детей и юношества; приобретение оборудования);

-25% – контроль клеща варроа (возмещение 70% расходов на приобретение ветеринарных препаратов и на лечение пчел);

— 16% – обновление пчелиных семей (приобретение сертифицированных породных маток и новых ульев взамен уничтоженных ульев больных семей).

— 14% – рационализация кочёвок пчеловодов (приобретение оборудования, организация кочевок);

— 1% – возмещение расходов на проведение физико-химических анализов мёда и анализов на наличие американского гнильца.

По аналогичной схеме были реализованы 4,4 млн евро, предоставленные Польше в 2008 г. на 210 проектов. Кроме того, в странах ЕС проводится аудит пчеловодства, функционирует международный форум «Coloss» (Colony loss – потеря пчёл), в котором участвуют 150 учёных и специалистов из 40 стран мира; налаживается коллективный мониторинг здоровья пчёл.

Не отстают от ЕС в поддержке своего пчеловодства и другие страны. Когда США в 2002 г. обвинили Аргентину в демпинге меда и субсидировании пчеловодства, аргентинцы в свою очередь уличили Вашингтон в аналогичном грехе на сумму $25 млн ежегодно. Аудиты и исследования, касающиеся конкурентоспособности национального пчеловодства проводились в Канаде, Австралии и других странах в рамках программ развития села и малого бизнеса.

Многие из перечисленных выше действий носят откровенно протекционистский характер и не стыкуются с уставом ВТО. Однако адвокатов свободной торговли это не смущает. К кампании защиты животных–опылителей уже подключились два специализированных учреждения ООН: Программа по окружающей среде и Продовольственная и сельскохозяйственная организация – ФАО. В конце 2010 г. в США будет проходить первая международная конференция по биологии и здоровью опылителей.

Что на этом фоне происходит в пчеловодстве России?

ПРОТИВОРЕЧИВАЯ СТАТИСТИКА

На первый взгляд, у нас всё обстоит благополучно. Массовой гибели пчёл на сегодняшний день не зафиксировано. Полки магазинов заполнены мёдом. Насчитывается 200 — 400 тысяч пчеловодов. Проводятся медовые ярмарки, научные конференции и выставки. Стабильно производится около 50 тыс. т мёда в год – примерно столько же, сколько в Индии, Мексике, Турции и Украине, с которыми мы традиционно делим 4-8 места в десятке мировых лидеров в этой области.

Однако более близкое знакомство со многими сторонами российского пчеловодства вызывает не только тревогу, но и оторопь. Это, в первую очередь, относится к статистической базе пчеловодства.

По данным Росстата, численность пчелиных семей неуклонно снижается. В 1991 — 2008 гг. она сократилась с 4,4 млн до 2,9 млн или на 32%. По данным НИИ пчеловодства, это стало следствием «разрушения организационно-экономического механизма хозяйствования в пчеловодстве, основанного на государственном регулировании». В то же время, в материалах Всероссийской сельскохозяйственной переписи записано, что в 2006 г. в стране насчитывалось 5,5 млн пчелиных семей. Какой из этих двух диаметрально противоположных официальных цифр верить?

Росстат сообщает также, что производство товарного мёда с 1991г. увеличилось на 18,6% и составило в 2008 г. 57,4 тыс.т. НИИ пчеловодства считает, что этот рост был обусловлен «повышением продуктивности пчелиных семей на приусадебных пасеках и удельным ростом пасек этой категории хозяйствования».

А, по мнению Президента Российского национального союза пчеловодов (РНСП) Арнольда Бутова, производство мёда в нашей стране выросло за последние 10 лет в три раза и составляет теперь более 100 тыс. т. Хотя, по данным ФАО, на протяжении последней четверти века производство мёда в мире увеличивалось в среднем всего на 1,5 — 2% в год, и это происходило исключительно за счёт стран Восточной Азии и Южной Америки. Даже лидеру мирового пчеловодства – Китаю потребовалось 22 года, чтобы увеличить производство мёда в два раза – со 183 тыс. т в 1996 г. до 353 тыс. т в 2007 г.

ОТРАСЛЬ УШЛА В «ТЕНЬ»…

Российское пчеловодство выжило вопреки равнодушию к его нуждам со стороны властей всех уровней и исключительно благодаря усилиям самих пчеловодов, а также материальному, теоретическому и другому наследию, накопленному поколениями тружеников и энтузиастов во времена СССР.

За годы реформ обанкротились специализировавшиеся на производстве продуктов пчеловодства крупные колхозы и совхозы; были ликвидированы государственные закупки продуктов пчеловодства, зооветеринарное обслуживание пасек, учебные заведения для подготовки и повышения квалификации специалистов. Ключевые позиции в пчеловодстве занял частный сектор. Но медовый рынок в России от этого не стал более цивилизованным. Наоборот, он обрел характерные черты теневого сектора экономики.

По данным НИИ пчеловодства, перекупщики скупают у сельских пчеловодов мёд по заниженным ценам и продают его в 2-2,5 раз дороже, «имея на перепродаже солидный доход, и при этом не платя государству налоги». По информации других экспертов, цены на мёд в цепочке посредников могут увеличиваться в 5 и более раз.

Кроме того, широко практикуется сбыт дешёвого импортного меда из Китая и других стран «ближнего и дальнего зарубежья» под маркой более дорогого российского продукта. Компании, контролирующие оптовые закупки, импорт, переработку, фасовку и продажу мёда, не горят желанием сделать этот рынок прозрачным. Розничные цены на мёд в России сравнялись с ценами на этот продукт в экономически развитых странах при огромной разнице в доходах основной массы населения. Такая ситуация вполне отвечает интересам медовых компаний, но не интересам российских потребителей.

В лихие 90-е и позже были практически уничтожены все системы жизнеобеспечения отрасли, в недавнем историческом прошлом считавшейся образцовой. Нынешнее российское пчеловодство «отраслью» не является, поскольку не имеет ни координационных структур, ни надлежащей юридической и статистической базы, ни стратегии развития. Его продукция неконкурентоспособна на мировом рынке. С подобным «багажом» нечего делать в ВТО. Разве что выступать там в роли шутов.

… И ЖИВЕТ «ПО ПОНЯТИЯМ»

Российский рынок мёда практически не защищен от демпинга. В США, где пчеловодство в полной мере испытало разрушительные последствия от бесконтрольного импорта мёда, тариф на этот продукт из Китая был поднят до 220%. У нас он составляет 15%. В ЕС осуществляется жесточайший контроль качества импортируемого мёда, особенно содержания в нем антибиотиков. В России такой контроль отсутствует.

Экспорт российского мёда с начала 90-годов держится на уровне 150-300 т. По этому показателю мы пребываем в хвосте четвёртой десятки стран-экспортеров мёда. Одна из главных причин – несоответствие контроля качества нашего мёда мировым стандартам. В этой области мы отстали от ведущих «медовых держав» на десятилетия.

В 2008 г. некоторые ведомства РФ уклонились от участия в разбирательстве беспрецедентной международной аферы, связанной с завозом в США около 20 тыс. т китайского мёда под видом российского продукта. Попытки американцев возбудить по следам аферы антидемпинговое расследование против России были пресечены лишь благодаря усилиям Минэкономразвития РФ и Межрегиональной общественной организации пчеловодов.

По логике, Минсельхоз должен был бы заботиться о поддержании пчеловодства «на плаву». Как ни крути, это один из секторов отечественного животноводства. На практике происходит обратное.

В 1998 г. финансирование инспекций по пчеловодству было передано на бюджет субъектов федерации. В результате «оказалось проблематичным» содержание около 700 высококвалифицированных специалистов. А в 2006 г. – именно тогда, когда стали поступать сообщения о массовой гибели пчёл за рубежом, была ликвидирована и функционировавшая при Минсельхозе РФ Инспекция по пчеловодству (Пчелопром). В 1998 г. Закон о пчеловодстве, принятый Госдумой и Советом Федерации РФ после многочисленных доработок и согласований, не был подписан президентом Борисом Ельциным. Негативные последствия этого эпизода ощущаются до сих пор.

Впрочем, было бы некорректно возлагать вину за беды пчеловодства исключительно на Минсельхоз РФ. Пренебрежительное отношение к пчеловодству характерно и для других ведомств, в том числе и для российской фемиды. Из-за отсутствия федерального закона о пчеловодстве разбор дел пасечников в судах зачастую ведется «по понятиям».

Так в нашей стране было не всегда. Подписанное В.И. Лениным Постановление СНК РСФСР от 11.IV.1919 г. предусматривало комплекс конкретных мер по охране и развитию пчеловодства. Постановление Совета Народных Комиссаров Союза ССР от 26 февраля 1945 г. «О мероприятиях по развитию пчеловодства», помимо прочего, было нацелено на увеличение количества пчелосемей в колхозах РСФСР до 2,6 млн

В апреле 1991 г. Совет Министров РСФСР принял постановление «О развитии пчеловодства», пункт 15 которого обязывал Министерство юстиции и ряд других министерств и ведомств в двухмесячный срок завершить подготовку проекта Закона «О пчеловодстве и охране пчёл». Предполагалось также создать координационный орган, включающий в себя представителей всех секторов пчеловодного сообщества страны.

Увы, этим планам не суждено было сбыться.

ОБЪЕДИНИТЬСЯ ИЛИ ПОГИБНУТЬ?

Российское пчеловодное сообщество остаётся разобщённым и институционально неразвитым. Это снижает его «удельный вес» в общественной жизни страны, не позволяет разработать коллективный подход к решению накопившихся проблем и наладить конструктивный диалог с властями.

Многие пчеловоды не видят смысла в членстве в пчеловодных объединениях. Не получили развития пчеловодные кооперативы. Не сложились и организации профессиональных (коммерческих) пчеловодов; переработчиков, фасовщиков, экспортеров и импортеров мёда, а также представителей других профессий, связанных с пчеловодством. Единственная на сегодняшний день всероссийская пчеловодная структура – РНСП озабочена, прежде всего, удержанием позиций на самом лакомом – столичном рынке мёда и борьбой с конкурентами.

Нынешний этап в развитии российского пчеловодства – это тупиковый, бесперспективный путь, и чем скорее он завершится, тем лучше. Для начала необходимо принять федеральный закон, защищающий пчеловодство и отвечающий интересам производителей пчеловодной продукции. Базой для него могут стать законы, уже принятые и проверенные в деле многими субъектами федерации. Необходимо в срочном порядке возродить инспекцию по пчеловодству и зооветеринарное обслуживание пасек, расширить рамки сотрудничества с зарубежными специалистами в этой области.

О серьезности надвигающейся угрозы говорят масштабы убыли пчёл в ряде регионов. По данным журнала «Пчеловодство», в 2008 г. в Ставропольском крае эта убыль составила 41,3%, Красноярском крае – 54,6%, Тверской области – 40%, Белгородской области – 18,6%.

Ежегодно производимые в нашей стране 50 тыс. т мёда стоят, как минимум, 5 млрд руб. С учётом того, что урожай овощей, фруктов, гречихи, подсолнечника, рапса, бобовых и десятков других сельскохозяйственных культур в буквальном смысле «лежит на крыльях пчелы», к этой сумме следует приплюсовать еще около 50 млрд руб. доходов от опыления. Это тот вклад, который пчеловоды ежегодно молча вносят в ВВП России. И этот вклад даёт им право требовать от правительства должного отношения к нуждам пчеловодства. С гибелью этой отрасли Россия лишится не только сотен тысяч рабочих мест и ценнейших натуральных продуктов, но и надежды добиться в обозримой перспективе самообеспечения продовольствием, пишут «Крестьянские ведомости»