Суть претензий сыщиков следственного отдела по Ленинскому району Владивостока следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ по Приморскому краю сводится к следующему. За счёт части денежных средств, отпускавшихся в рамках Федеральной целевой программы «Обеспечение жильем особо нуждающихся отдельных социально незащищенных граждан» для обеспечения жильём молодых учёных, была приобретена квартира, доставшаяся не только далеко не молодому, но даже вовсе и не учёному.

Жилищная проблема – один из основных, если не главный, сдерживающих факторов развития Дальнего Востока. При самой низкой в России плотности населения регион испытывает жесточайший дефицит жилья. Не случайно только в 2008 году Приморье, по оценке специалистов, покинуло около 30 тыс. человек, в основном молодежи. При этом, как показывают опросы, около 80% студентов приморских вузов после окончания учёбы хотели бы перебраться в западные районы или вообще уехать из страны. Причины – отсутствие перспективы, и в первую очередь, получения жилья.

Дальневосточное отделение Российской академии наук – одно из трёх региональных отделений РАН, охватывающее третью часть территории страны – испытывает лютый квартирный голод. До недавнего времени ДВО РАН получало в год мизерное бюджетное финансирование на жилищное строительство. Средств хватало на приобретение лишь пары-тройки квартир. А нужно гораздо больше.

Вот что об этом говорит академик Валентин Сергиенко.

– У нас идёт количественный и качественный рост научной продукции учёных Отделения. В прошлом году на 12-15 процентов увеличился общий объём научных публикаций, а число публикаций в высокорейтинговых зарубежных журналах стало больше примерно на 20, в ведущих российских журналах также на 15-20 процентов. Стремительно растёт активность наших сотрудников на международной арене. Они – участники многих симпозиумов, конференций, где выступают не только со стендовыми докладами, но и с пленарными и заказными докладами, руководят работой секций, заседаний «круглых столов». Причём, такой чести удостаиваются не только именитые учёные, но и молодёжь.

Молодёжь в Дальневосточном отделении есть, в отдельных институтах уже достаточно много. Полноценным становится набор в аспирантуру, ежегодно ряды учёных пополняются молодыми кандидатами, докторами наук и даже членами Академии, но существует разрыв поколений – я имею в виду явно «обеднённый» слой сорокалетних. Это иногда приводит к трагическим последствиям. Сегодня нужны нестандартные решения по вопросам социальной защиты учёных, прежде всего по жилью. То, что у нас во Владивостоке за последние лет семь не появилось ни одной новой квартиры для научных работников, добром не кончится. Несмотря на повышение средней зарплаты до тысячи долларов молодой научный сотрудник не в состоянии решить самостоятельно жилищную проблему. Нужна поддержка как федеральной, так и местной власти. В противном случае из региона постоянно так и будут «утекать» талантливые, энергичные и образованные молодые люди. Квартиры – это наша больная тема.

Квартирный вопрос сотрудников очень щепетильный и весьма болезненный для руководителей дальневосточных предприятий и организаций. Его решение, как правило, сопряжено с непременным нарушением каких-либо требований, положений, установлений. Как добиться хоть какого-то продвижения очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий, сохранившейся ещё с советских времён, и одновременного решения квартирной проблемы молодёжи с максимальным соблюдением социальной справедливости и требований законодательства при всем его несовершенстве? И как сохранить, не потерять высококлассных специалистов – руководителей направлений, научных школ, директорский корпус? А ведь борьба за кадры идёт нешуточная, многих учёных ДВО РАН усиленно зазывают и в другие регионы, и другие страны, предлагая куда как более комфортные бытовые условия.

Разбирательства с распределением квартир в ДВО РАН идут давно. Как рассказывает председатель Совета молодых учёных Дальневосточного отделения кандидат физико-математических наук Дмитрий Цуканов, его еще года два назад приглашали в правоохранительные органы. Следователей тогда интересовал вопрос: кого считать «молодым» учёным. Именно на их обеспечение жильём выделялись деньги из федеральной целевой программы. Позже правоохранительных работников и сотркудников Федеральной службы безопасности занимало выделение квартир членам академии, директорам академических учреждений. Но в итоге длительное разбирательство свелось лишь к одному случаю, вызывающему некие претензии к руководству ДВО РАН и в первую очередь к его председателю, академику Валентину Сергиенко. По рассказу Дмитрия, следователи хотели даже присовокупить к сумме ущерба, якобы причинённого академиком Сергиенко научной молодёжи, затраты на ремонт съёмных квартир некоторых молодых научных сотрудников Института автоматики и процессов управления ДВО РАН. Так, одного из вызванных на допрос в качестве свидетеля, после долгих расспросов обо всём, следователи по своей инициативе записали в потерпевшие от «злоупотреблений» академика. Молодой человек, прочитав протокол допроса, не только отказался от мученического венца «потерпевшего», но на следующий день обратился в правоохранительные органы с заявлением о попытках следствия склонить, против его воли, к даче показаний о якобы нарушении его прав.

Валентин Иванович, страдающий сахарным диабетом, лежал в больнице на плановом обследовании, когда к нему нагрянули следователи. После разговора с ними у академика подскочил уровень сахара в крови, поднялось давление – его поместили в отделение реанимации. Видный учёный, успешный организатор в одночасье стал нарушителем «прав и законных интересов сотрудников, подпадающих под категорию «молодой ученый».

Начальник юридического отдела Президиума ДВО РАН Владимир Кокорин называет выдвинутые против академика Сергиенко обвинения несостоятельными, а действия следствия – целенаправленным давлением. По факту «неправомерной» выдачи одной квартиры допрашиваются десятки сотрудников аппарата Президиума ДВО РАН, академических учреждений Владивостока. Людей держат часами, вызывают в прокуратуру по телефону, а не официальными повестками, в выходные дни. Самого академика Сергиенко следователи допрашивали в больничной палате по 4 часа. При этом, подчёркивает Владимир Кокорин, следствие не говорит, что именно нарушил академик, какой закон, нормативный акт или документ преступил. Академика обвиняют в том, что квартира, переданная «не по адресу» (кстати, получил её хоть и не научный сотрудник, но работник аппарата, имеющий заслуженное звание «Ветеран ДВО РАН»), была позже приватизирована и снята с баланса Дальневосточного отделения. Тот же факт, что счастливый обладатель недвижимости, доставшейся ему в виде одних голых стен новостроя, свою старую квартиру обязался сдать ДВО РАН сразу же после переезда в новое жильё, следствие игнорирует. Переезд, правда, затянулся на долгих пять лет, но превратить пустые стены в полноценную квартиру стоит не дёшево: отделочные работы, стяжка полов, установка сантехнического оборудования, электропроводки, системы отопления и прочего необходимого по затратам «выливаются» в покупку ещё одной квартиры. Всё же, к осени текущего года отделка должна быть закончена и прежняя квартира освобождена для новых жильцов – как раз из числа молодых учёных. Кстати, сдаваемое в собственность ДВО РАН помещение на вторичном рынке жилья стоит даже дороже, чем вменяемый академику ущерб в 2 380 600 рублей.

Из всех социальных институтов в постсоветское время, пожалуй, лишь церковь да Академия наук вышли без потерь, во всяком случае, ощутимых, своего имущества (РПЦ даже приобрела). Между тем, РАН владеет значительной недвижимостью. Академическая земля не даёт спокойно спать слишком многим. Именно в этом видят сотрудники академических учреждений Владивостока причину появления уголовного дела в отношении академика Сергиенко. Как бы ни был квартирный вопрос болезненен, у учёных никогда не возникало никаких претензий: во-первых, в Академии наук решения всегда принимаются коллегиально, во-вторых, профсоюзная организация сотрудников РАН боевая и активная, она зорко стоит на страже интересов своих членов. Потому люди науки уверены, что желание получить доступ к активам ДВО РАН движет жаждущими смены руководства Дальневосточного отделения. Между тем, прокуратура уже обратилось в суд с иском об отстранении В.И. Сергиенко от должности на время ведения следствия.

«Охота на ведьм» среди российских учёных уже велась, но оказалась глупой затеей. Стоит ли надеяться, что новая попытка окажется удачнее? Пока правоохранительные органы ведут «ожесточённую» борьбу с коррупцией численность населения Дальнего Востока продолжает сокращаться. Кандидат исторических наук Лариса КРУШАНОВА из Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН отмечает, что для нормальной хозяйственной деятельности население региона должно составлять 9,7 млн человек, а оно с 2005 года снизилось до 6,5 млн и продолжает сокращаться. Дефицит человеческого потенциала в ДФО по её оценке на ближайшие несколько лет сохранится на уровне в 2,9 млн человек.

Способна ли такая борьба вроде как за соблюдение закона помочь закреплению населения, развитию Дальнего Востока?

Сергей Семёнов