Первый из них 36-летний Василий Ефремович Реутов приехал в Приморье на «разведку». Он согласился рассказать «Труду» о том, как они оказались в Бразилии, почему после почти векового отсутствия община решила вернуться в Россию, и как им жилось в далекой жаркой стране.

Исход

— Василий Ефремович, расскажите об исходе из России, и почему он произошел?

— Мы, то есть наши предки, уехали из России в двадцатые годы прошлого столетия. Им пришлось перебираться в Китай, так как новая власть России не жаловала староверов. Но Китай густонаселен, а нам надо жить уединенно от мира, нам нужны большие площади земли, чтобы мы могли на ней кормиться. Поэтому Красный Крест предложил для переселения страны Латинской Америки. Наши предки всегда жили сельским хозяйством, и после переезда им предложили в Бразилии земли недалеко от моря в штате Парана. Место там хорошее. Переехали в Латинскую Америку в 30-х годах… Разбрелись староверы по разным странам Южной Америки: Бразилии, Боливии, Уругваю, Аргентине и другим. Но связь между общинами все годы поддерживалась.

О России мечтали всегда

— Как у вас возникло желание переехать в Россию?

— Переехать в Россию мы мечтали всегда. Нам это желание с рождения внушали наши родители, а также в общине. Всегда говорили, что истинная наша родина, заветное место — это Россия. В домах у нас старались сохранить русский язык, русскую культуру, историю. В первую очередь нас учили русскому языку: разговаривать, читать, писать. Наши люди сюда приезжали, в 70-е, 80-е, 90-е годы, смотреть, что здесь делается. В стране были трудности. Они возвращались в Бразилию, рассказывали, что видели, и переезд откладывался. Но ситуация в России улучшилась. Снова был от нас человек, года три назад, он посмотрел земли и пообщался с властями от Подмосковья вплоть до Красноярского края. Обсудил вопросы гражданства. Лучше всего приняли в Белгородской области благодаря губернатору Савченко Евгению Степановичу. В начале 90–х я сделал себе и семье российские паспорта. Но окончательное решение переехать в Россию принял два года назад. В прошлом году, когда я собрался ехать сюда со своей семьёй, с нами заодно попросились еще 6 семей. В августе 2008 года 37 человек оказались в Белгородской области. Хотя она и не входит ни в какие программы переселения, в том числе федеральные. Но губернатор сам создал программу по переселению, чтобы нас поддержать. Нам выделили землю и технику, для её обработки.

— А почему вы решили перебраться из Белгородской области в Приморье?

— Большинство наших предков выходцы из Приморского края, в том числе и мои. Поэтому такой интерес к Приморью. Например, целая группа из 45 семей, которая сейчас проживает в Боливии, попросила меня посмотреть все на месте, наладить связи с федеральными структурами. Выяснить, как нас примут местные власти, и на каких условиях.

— Ну и как у вас получается?

— Дело продвигается, только очень медленно. Возникает очень много организационных вопросов. Мы не можем понять, кто их может решить. У нас главный вопрос сейчас – получить земельный участок примерно в тысячу гектаров в Красноармейском районе Приморья. Для того, чтобы мы могли привезти сюда 240 человек, разместить их, дать им возможность начать работать, и зарабатывать, чтобы самим себя кормить. Мы не привыкли жить на какие-либо государственные льготы. Всегда всего добиваемся своим трудом. Но для этого нужен земельный участок. Сейчас я прошу краевые власти помочь приобрести этот земельный участок в долгосрочную аренду с перспективой на выкуп и чтобы первые пять лет, она была бесплатной. Думаю, это можно сделать. Мы тут ездили, смотрели, все предложенные нам земли по сути брошенные. За десятки лет они заросли кустарником и деревьями. Эти земли нужно вновь разрабатывать. Если сразу платить еще и за аренду – это даже для нас тяжело будет. Наша просьба не на голом месте возникла. Представитель из МИДа России Поздоровкин в январе этого года на конференции в Бразилии, где были представители наших общин со всех стран Южной Америки, обещал первые 5 лет бесплатную аренду земли. Обещал лизинг техники, и заявил, что для староверов будет особая программа переселения. Мол, приедете, мы вам во всём поможем.

-И как, помогают?

— Я звонил ему, отсюда, он сказал, что по земельному вопросу он ответа дать не может, вы, говорит, на месте разбирайтесь, как местные власти скажут, так и будет. Это нас не устраивает. По этому поводу я написал письмо в министерство иностранных дел.

В Бразилии жить легче

То, что мы здесь увидели, как здесь все устроено, поняли, что в Бразилии гораздо легче жить, чем в России. Община у нас там большая. На сегодняшний день в деревне примерно 110 семей. Все многодетные. Например, у моего тестя, по-моему, 60 внуков, 20 с чем-то правнуков и это только по прямой линии. А если собрать зятьёв, сватов, уже будет больше тысячи человек только от одного корня.

— А у вас самого сколько детей?

— Пока пять. Старшая семнадцатилетняя Трифена, потом Кирьяна, Агния, сын Левкий и младшая семилетняя Ия. Супругу мою звать Ольга, ей тоже 36 лет.

-Вы человек молодой, поэтому разрешите спросить: в России планируете заводить детей? Тем более государство у нас выплачивает деньги за каждого второго ребёнка.

— Да слышали мы про все эти программы. Но они нас не интересуют. Я бы хотел ещё много детей. Я очень люблю ребятишек. У нас нормально, когда в семье растет 15- 16 детей. Хотя загадывать не буду, сколько Бог даст.

Как мы сохранили язык? Одним из первых у нас изучается старославянский. Наши дети все до одного могут говорить и читать на старославянском. Учатся ребята в чьём-нибудь доме. Дома у нас очень большие и вмещают много народа. У меня мама учила детей. Мы сами раньше буквально добывали русские учебники. В 80 –е годы если кто-то добудет учебник русского языка, то мы сразу делали по 1000 экземпляров копий. Поначалу было трудно, а в последние годы учебники стали выделять из русского посольства. Также у нас учат молодежь русскому языку, русской истории и культуре, математике.

— Интернет используете для обучения?

— От него мы свою молодежь стараемся держать подальше. Пока ребёнок не знает его, он и не тянется. Молодёжь у нас пользуется Интернетом только когда надо электронную почту по делу отправить. И то не вся. В деревнях у нас компьютеров нет. Как и телевизоров, радиоприёмников, газет. Большинство молодёжи у нас про компьютер вообще ничего не знает. Девушки, например, у нас в сарафанах всё еще по традиции ходят. Ребята, конечно, танцуют, поют. У них очень популярна песня «Три танкиста». (Сам Василий сидит в косоворотке). Мы все эти годы старались своё духовное начало сохранить. Есть и такие из наших, которые ушли из общины и сейчас они русский язык не знают, и знать не хотят и живут как бразильяны. У нас часто спрашивают, как вы уже 100 лет за границей и сохранили язык. А я говорю, что тут секрет небольшой. Нужно детей в первую очередь учить русскому языку, а уж потом изучать португальский, испанский или еще какой. Русский язык в доме должен быть постоянно, на нём надо разговаривать.

-Сами сколько языков знаете?

— Только пять, со старославянским, который мы тоже изучаем. Также знаю португальский, испанский, английский.

— В Бразилии чем занимались?

— Сельским хозяйством. Это наше традиционное. Сеяли зерновые, сою, кукурузу, рис выращивали. У нас там каждая семья, наверное, минимум по 500 гектар земли имеет. Чтобы её обработать по 20-30 рабочих нанимают.

— То есть вы трудоустраивали, давали работу местным?

— Конечно, поэтому у нас в Бразилии с местным населением, аборигенами, индейцами отношения складывались всегда хорошие. Ведь мы работаем с большими объёмами. А для местного населения, простых людей, местной власти это очень выгодно.

— Получается, что сельское хозяйство в Бразилии – выгодное дело?

-Очень.

— Почему же вы тогда решили переехать в Россию, если там так всё хорошо. Тем более это уже третье поколение, которое никогда не видело своей исторической родины?

— В последнее время у нас там стало трудно экономически развиваться. Нам нужны большие объёмы, а в Бразилии с приобретением новых земель стали возникать вопросы. В посольстве российском нам сказали, что в России земли много, приезжайте, будете работать, обещали помочь. Хотя нас здесь встретили трудности, пока у нас не пропадает желание на месте устроиться, работать и жить. Хотя если наши вопросы не будут решаться, нам, конечно, вернуться не поздно. Мы там ничего не продали, ни земельные участки, ни свои дома. К тому же у нас двойное гражданство. Наши в Бразилии – люди состоятельные, все хорошо живут. Многие наши стали миллионерами. Я в свое время 800 га сеял, то через руки проходило в год больше миллиона долларов.

-Надеетесь и в России быть таким же экономически успешным?

-Не знаю, будем смотреть. Первый вопрос – себя обеспечить продуктами. А самый для нас главный вопрос – своё начало сохранить. Если будут притеснения какие-то на веру, придётся уехать обратно или ещё куда. Если власти помогут, будем благодарить, не помогут – будем искать другой выход. Экономических трудностей мы не боимся, мы проживём.

Староверам нужна помощь государства

Пока мы не попадаем ни под какие программы переселения, – продолжает Василий Реутов. – Федеральная программа только для переселенцев из ближнего зарубежья, а мы получаемся из дальнего. Поэтому, когда в прошлом году мы приехали, то сразу подали заявления в МИД, Федеральную миграционная службу, минсоцздравразвития, минрегионразвития, минфин. Мы просим разработать специальную программу для переселенцев из дальнего зарубежья, специально для староверов. Только кто знает, сколько времени займет ее разработка? А деньги-то наши тают. Только моя семья потратила на переезд и обустройство 35 тысяч долларов. В Белгородской области мы уже работаем, начинаем сев, оттуда будет какая-то прибыль. Технику взяли в лизинг, помогла область. Топливо здесь дорогое, но никуда не денешься. По сравнению с Бразилией на 25-30% дороже. И семена тоже дороже, и удобрения. Корм для скота собираемся производить сами, и тем снизить их стоимость.

— Чем собираетесь заниматься в Приморье?

— Растениеводством, животноводством – будет мясное и молочное направления, а также птицеводством и пчеловодством. У меня есть бизнес-план. Первоначально ставим задачу обеспечить себя, а там уже, после первого года будем смотреть, что хорошо растёт. Нам нужно землю проверить, что мы можем на ней вырастить. Из жилья пока нам обещали четыре дома в селе Дерсу. Но их нужно ремонтировать, а летом мы построим еще несколько домов, сколько успеем, а остальные уже на другой год, чтобы получилось у нас 45 домов на 45 семей. Строить будем сами, как и в Бразилии. Я работал на строительстве много лет в Америке, Канаде, Австралии. Недавно в Уругвае построил большой дом, все деньги туда «утратил», год там прожили и собрались в Россию.

Кстати, у нас сейчас большая проблема, связанная с переправой через реку Большая Уссурка. Моста там нет. Поэтому главная просьба к власти: паром хороший наладить, а потом мост построить, чтобы установить надёжное сообщение. На встрече вице-губернатор Приморского края Хохольков обещал помочь.

Дмитрий Латыпов