Эта ужасная трагедия разыгралась в начале сентября 2010 года. Вряд ли вернувшийся после работы из Владивостока в село Вольно-Надеждинское Надеждинского района Андрей Геннадьевич Удовиченко даже в кошмарном сне мог себе представить, что встреча и ночная выпивка с земляками станет для него последним событием в жизни, передает ДВ-РОСС.

ПОД ПОДОЗРЕНИЕ ПОПАЛИ СРАЗУ

4 сентября 2010 года выдалось пасмурным. В этот день старший следователь СО по Надеждинскому району СУ СК при прокуратуре РФ по Приморскому краю младший лейтенант юстиции Кондрашов А.В., получив сообщение от дежурного ДПНО, в присутствии понятых и отца убитого Андрея Удовиченко и самого убитого горем Геннадия Петровича Удовиченко, возле дома № 60 по ул. Вокзальной с. Вольно-Надеждинское составил протокол осмотра места происшествия.

В нём даётся подробное описание местности, указывается, где и сколько находится пустых бутылок из-под вина и пива, пластиковых стаканов, окурков и где конкретно «лежит труп Удовиченко Андрея Геннадьевича 6.12.1968 г.р., опознанный его отцом Удовиченко».

Было заведено уголовное дело № 139615, со временем распухшее до трёх томов. Но уже 4 сентября под подозрение в убийстве подпал и был допрошен молодой житель села Вольно-Надеждинское Панков М.Т. и его земляк Юрченко П.А.
Позже в ходатайстве перед судом об аресте Панкова М.Т. младший лейтенант юстиции Кондрашов А.В. писал: «В ходе расследования уголовного дела установлено, что 04.09.2010 в период времени с 01 часа 00 минут до 05 часов 00 минут потерпевший Удовиченко А.Г. возле дома № 60 по ул. Вокзальная села Вольно-Надеждинское Надеждинского района Приморского края был избит Панковым М.Т., Юрченко П.А. и группой неустановленных лиц, после чего был ограблен, отобран сотовый телефон, деньги в размере 25 000 рублей, золотые украшения и обувь. От полученных телесных повреждений Удовиченко А.Г. скончался на месте происшествия».

Однако с утверждениями следователя о том, что Максим Панков и Павел Юрченко участвовали в избиении и ограблении Удовиченко, не согласны как подозреваемые и их родственники и знакомые, так и участники попойки и те, кто непосредственно избивал потерпевшего. О том, что следствие ведётся с нарушением процессуальных норм, мать Максима Панкова Наталья Ивановна Деревнина писала в Следственный комитет при прокуратуре РФ Следственного управления по Приморскому краю, в Прокуратуру Приморского края и президенту РФ Д.А. Медведеву, но отовсюду приходили лишь отписки.

СУД
27 декабря 2011 года Надеждинский районный суд в очередной раз продолжил рассмотрение уголовного дела по убийству Андрея Удовиченко. Этого предновогоднего заседания суда с нетерпением ждали отец погибшего Геннадий Удовиченко, подсудимые Максим Панков, Павел Юрченко, их родственники, свидетели трагедии. И тому были причины. На суде должны были быть сообщены новые факты и названы фамилии конкретных убийц Андрея Удовиченко.

Свидетель Ангелина Игоревна Ермакова активно участвовала в попойке в ту кошмарную ночь. Трагедия разыгралась на её глазах, она видела всех участников событий и хорошо их запомнила. Кстати, она не скрывалась от следствия, и первые показания дала ещё осенью 2010 года.

Поэтому начало допроса свидетеля на суде было многообещающим. На вопрос: «Знает ли она подсудимых Максима Панкова и Павла Юрченко?», последовал категорический ответ: «Нет, никогда не видела».

— А присутствующего на судебном заседании свидетеля Алексея Юрченко?

Ответ: Да. Мы сидели и выпивали.

И далее Ангелина Ермакова подробно поведала, как в ночь с 3 на 4 сентября 2010 года она, Провоторова Алиса Владимировна, Юра, Саша по прозвищу Ростовский сидели и выпивали. Как потом Юра привёл Андрея Удовиченко. Как Саша Ростовский нехорошим словом обозвал Алису. На что Провоторова ей сказала: «Я сейчас пойду, позову парней, и ему капец будет». Я ей: «Зачем? Они же звери». Но она пошла. Привела Сашу Манеева, Алексея Юрченко и моего бывшего одноклассника Максима Сухова. Они начали избивать Сашу Ростовского, а когда тот убежал — Андрея Удовиченко».

Ермаковой вновь указывают на подсудимых: «Эти похожи на тех, что били Удовиченко»? Ответ: «Нет» и Ермакова продолжает рассказ: «После того, как Алексей Юрченко два раза ударил палкой Андрея Удовиченко, все остальные набросились на потерпевшего и стали бить его ногами, руками и тем, что под руку попадётся. Максим Сухов бил металлической трубой. Я кричала им: «Остановитесь, убьёте». А Сухов Максим на это отрезал: «Да пофигу. Тело в речку бросим и всё». Алексей Юрченко при этом им всем говорил: «Всё, хватит».

Вопрос Ермаковой: «Алиса участвовала в избиении?»

Ответ: Пару раз пнула потерпевшего.

Вопрос: На предварительном следствии вы давали показания. Они соответствуют действительности?

Ответ: Да. Только я про Максима Сухова промолчала.

Судья: Боитесь?

Ответ: Да. Когда мы пошли в ту ночь в магазин за пивом, а пошли я, Алиса Провоторова и Максим Сухов, то Максим попросил: «Девчонки, обо всём, что здесь случилось, ничего не говорите, и моего имени нигде не упоминайте». И на предварительном следствии я дала неверные показания и назвала некого Алексея Федоренко. Хотя никакого Федоренко не существует вообще. Бил Андрея Удовиченко Максим Сухов и деньги и золото у потерпевшего забрал именно он. Деньги потом парни поделили на двоих или троих. А золотая цепочка оказалась у Алисы. Она мне сказала, что её ей дал Максим, а где кольцо, я не знаю.

Вопрос: Следователь по фотографии производил опознание?

Ответ: Да.

Вопрос: Опознание убийц велось при понятых.

Ответ: Нет. Были только следователь и я.

Судья интересуется у Ермаковой, похожи ли голоса подсудимых на голоса тех, кто участвовал в той попойке и избиении Андрея Удовиченко.

— Нет, — отвечает Ермакова.

Второй свидетель Алексей Сергеевич Юрченко только что вернулся из Армии. Подсудимый Юрченко П.А. его двоюродный брат и о его аресте Алексей узнал ещё во время срочной службы. Поэтому сразу после демобилизации он явился на судебное заседание, чтобы дать все необходимые показания. Алексей Юрченко подробно рассказал суду, как они проводили день 3 сентября, вечер и ночь на 4 сентября.

— Максим Сухов бил потерпевшего. В течение 15 минут избивал. Потом вроде успокоился, сел. Начал пить пиво. Потом вновь подскочил, обратно стал избивать его. И Алиса била. Мы с Сашей Манеевым пытались помешать им. Манеев оттаскивал от потерпевшего избивавшую Удовиченко девушку, а я — Сухова Максима, но тот здоровее меня и я не мог с ним справиться. Под утро, когда начало светать, мы разошлись по домам. А на следующий день я узнал, что Андрей Удовиченко умер. Моей маме кто-то сказал, что её одноклассник Андрей Удовиченко умер, что его убили. Я, естественно, начал звонить Саше Манееву, Максиму Сухову и говорить им, что нужно пойти в милицию и рассказать обо всём, что случилось и как всё произошло. Но мы так и не пошли, а потом я ушёл в Армию.

Вопрос: Панков Максим был в тот вечер с вами?

Ответ: Нет.

Вопрос: А брат твой Юрченко?

Ответ: Его тоже не было. Поэтому я и пришёл сегодня в суд.

ПОЧЕМУ НАСТОЯЩИЙ УБИЙЦА НА СВОБОДЕ?

Взявший слово подсудимый Максим Панков подробно рассказал суду где, с кем и как он проводил время 3 и 4 сентября, и с кем созванивался. Такие показания он давал ещё в ходе следствия, и они имеются в уголовном деле, как и показания тех людей, кто полностью подтверждает их правдивость. По всему следует, что Максима Панкова и близко не было на месте разыгравшейся трагедии, а своё нахождение на скамье подсудимых Панков объяснил предвзятым к нему отношением со стороны следствия, личными счётами со стороны одного из сотрудников полиции и стремлением во чтобы то ни стало «посадить» его.

— Я до сих пор не могу понять, почему я нахожусь здесь, а настоящий убийца – на свободе? – сказал в заключение Максим Панков.
Вопрос этот отнюдь не риторический. И ответ на него дан в жалобе адвоката Рытова З.В., посланной Генеральному прокурору РФ, прокурору Приморского края, руководителю СУ СК РФ по Приморскому краю, прокурору Надеждинского района, старшему следователю СО Надеждинского района СУ СК РФ по Приморскому краю Кондрашову А.В. ещё 17.05.2011 г. В жалобе, в частности, написано:

«Как следует из материалов уголовного дела № 139615, Панков Максим Тимофеевич арестован и привлечён к уголовной ответственности незаконно и необоснованно с использованием недопустимых доказательств, полученных в нарушение требований ст. 75 УПК РФ и от 193 УПК РФ.

Анализ материалов уголовного дела показывает, что Панков М.М. инкриминируемые ему преступления не совершал. Доказательства, изобличающие Панкова М.Т. в совершении преступления, получены с нарушением норм УПК и являются недопустимыми. В материалах уголовного дела отсутствуют объективные доказательства участия Панкова в инкриминируемом ему преступлении. Как следует из заключений дактилоскопической экспертизы, на огромном количестве стаканов, бутылок и иной посуды из-под спиртного отпечатки пальцев Панкова на них и вообще на месте преступления отсутствуют. В процессе предварительного следствия не была изъята одежда Панкова, а ведь в случае действительного совершения им преступления, на ней должны были сохраниться следы крови потерпевшего.

…В ходатайстве мной указано, что эксперт, проводившая судебно-медицинскую экспертизу, не имеет документов, дающих право на самостоятельное проведение судебно-медицинской экспертизы. Поэтому необходимо проведение повторной судебно-медицинской экспертизы.

Необъективная позиция, занятая старшим следователем Кондрашовым А.В., нарушает права… Панкова М.Т., предусмотренные Конституцией РФ и УПКРФ, не позволяет установить истину по уголовному делу и непричастность Панкова М.Т. к совершению инкриминируемого ему преступления.

Из ответов руководителей СО Надеждинского района и СУ СК РФ по Приморскому краю, прокурора Надеждинского района следует, что ими занята аналогичная позиция. В материалах уголовного дела имеются доказательства непричастности Панкова М.Т. в преступлении. До настоящего времени имеющиеся в материалах уголовного дела противоречия не устранены.

Никак не учитываются доказательства, оправдывающие Панкова М.Т. Свидетели боятся, что их самих или их родственников будут преследовать».

Эта жалоба была направлена в соответствующие инстанции ещё 17 мая минувшего года. Ситуация, как видим, не изменилась и Максим Панков всё ещё на скамье подсудимых.
Более того, в Надеждинском районе продолжают наблюдаться «удивительные» дела. Под давлением родственников Максим Сухов, зверски избивавший и ограбивший потерпевшего Андрея Удовиченко, пошёл «признаваться» в полицию и… исчез.

Мать Максима Панкова Наталья Ивановна Деревнина зная, что в тот вечер её сын встречался с девушкой, затем проводил её домой, там пообщался с мамой девушки, а затем вернулся домой и больше уже никуда не уходил, действия следователя и дознавателей объясняет просто: «Либо в связи с ложными понятиями о чести мундира. Либо никто не хочет утруждать себя дополнительной работой. Либо страх за незаконный арест и разоблачение очередного оборотня в погонах не дают возможности соблюдать конституционные права моего сына».

ВТОРОЙ НОВЫЙ ГОД ВСТРЕТИЛ ЗА ТЮРЕМНОЙ РЕШЁТКОЙ

Чуда на судебном заседании не произошло. Ходатайство адвоката Рытова З.В. поменять Максиму Панкову меру пресечения под подписку о невыезде судья Герасимова М.А. не удовлетворила, мотивируя это тем, что, находясь на свободе, Максим Панков будет влиять на свидетелей в свою пользу и тем самым мешать ходу дальнейшего судебного разбирательства. Поэтому Панков продолжает оставаться на скамье подсудимых. Новый 2012 год, как и 2011-й, он встретил за тюремной решёткой в СИЗО г. Владивостока.

Остаётся добавить, что ещё 12 апреля 2011 года следователь Кондрашов А.В. выделил из уголовного дела № 139615 уголовное дело в отношении неустановленных лиц, по признакам преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 111 УК РФ и присвоил ему № 208515. Это было сделано с целью установить лица тех, кто, как говорится в «Постановлении о выделении уголовного дела», «в ночь с 03.09.2010 на 04.09.2010, находясь возле дома № 60 по ул. Вокзальная с. Вольно-Надеждинское напал на Удовиченко А.Г. с целью хищения его имущества, причинив ему при этом тяжкие телесные повреждения, от которых последний скончался».

Возможно, после ставших известными на последнем судебном заседании новых фактов, уголовными делами № 139615 и № 208515 займутся более профессионально и на скамье подсудимых окажутся и получат по заслугам истинные убийцы Андрея Удовиченко?

У суда имеются все основания освободить Панкова из-под стражи, а прокуратуре пора признать ошибки следствия и отказаться от обвинений в отношении Максима Панкова.

Александр Редькин