В сентябре 2012 года во Владивостоке открывается 20-й саммит Организации Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). Впервые на российской территории будет работать форум, объединяющий 21 страну тихоокеанского региона, на которых приходится около 60% мирового ВВП, половина объёма мировой торговли, 40% населения земного шара.

Но АТЭС — это не только быстро развивающаяся экономика, но и зона бурно протекающей интеграционной деятельности. В них в полной мере задействованы как три члена АТЭС — Мексика, Чили и Перу, так и пока не входящие в организацию целый ряд других тихоокеанских стран Латинской Америки. В этом плане показательны только несколько фактов последнего десятилетия. Подробнее о них – в статье ведущего научного сотрудника Института Латинской Америки РАН доктора исторических наук Александра Сизоненко.

Так, ещё в 2006 году по инициативе Перу возникла идея создания «Тихоокеанской дуги», которая объединила бы все (или почти все) страны Латинской Америки, выходящие своими берегами на Тихий океан. Идея её создания во многом связана и с тем, что мораторий, наложенный в 1998 году на вступление в АТЭС новых членов, тормозит желание ряда других латиноамериканских стран (на сегодняшний день — Колумбии, Эквадора, Панамы) вступить в АТЭС и отсюда — возможность воспользоваться теми или иными преимуществами нахождения в ней.

Как бы в продолжение этой инициативы в апреле 2011 года в столице Перу Лиме президенты Перу, Мексики, Чили и Колумбии подписали Соглашение на высшем уровне об углублённой интеграции. Соглашение также подписал министр иностранных дел Панамы с дальнейшим подписанием этого документа президентом Панамы. Таким образом, в данном Соглашении задействованы пять стран латиноамериканского региона. Главной целью этого документа по замыслу подписавшихся является углубление интеграции тихоокеанских стран Латинской Америки, укрепление и дальнейший рост их экономик. Примечательным моментом Соглашения является то, что путь открыт для присоединения к нему и другим странам тихоокеанского региона, к которым относится и Россия.

Та же активность с латиноамериканской стороны была продемонстрирована и на последнем саммите АТЭС в Гонолулу в ноябре 2011 года, где обсуждался вопрос о создании Тихоокеанского торгового партнёрства. Предполагается, что в него войдут 10 стран, в том числе Чили и Перу.

Форум АТЭС во Владивостоке даёт российской стороне уникальную возможность не только более тесно сотрудничать с этим форумом, но и подключить к нему Сибирь и Дальний Восток. Привлечение иностранных инвестиций, активизация торгово-экономических связей Российской Федерации через Тихий океан могут самым существенным образом способствовать укреплению экономики восточных территорий России, развитию деловых связей со странами Азиатско-Тихоокеанского региона, действенному превращению России в подлинно евроазиатскую державу. О выполнении всех этих задач, особенно в плане инвестиций, не раз говорилось у нас как официальными, так и деловыми кругами.

Так, выступая в 2004 году в МИД России, президент Владимир Путин подчеркивал, что «нужно тесно связать внешнеполитическую линию на углубление отношений с АТР с решением внутренних задач, с развитием потенциальных российских интересов, для поднятия экономики Сибири и Дальнего Востока».

В связи с этим целесообразно более внимательно присмотреться к тихоокеанской политике стран Латинской Америки, в первую очередь входящих в АТЭС. Появляется возможность обретения в их лице новых для России в тихоокеанском регионе деловых партнёров, к открытию таким образом через Тихий океан нового географического направления в экономических связях России и стран Латинской Америки. Здесь прежде всего следует обратиться к почему-то забытому, на наш взгляд, опыту двух весьма представительных международных деловых тихоокеанских форумов, которые состоялись во Владивостоке в 1988 и 1990 году. Автор этих строк в составе советской делегации участвовал в работе обоих форумов.

Тогда в составе иностранных гостей были делегации Мексики, Колумбии и Перу, которые самым живым образом интересовались возможностями развития деловых связей с советским Дальним Востоком. Особенно активно себя проявили в 1990 году делегации Перу и Мексики. Возглавлявший первую из них бывший министр иностранных дел Перу генерал Меркадо Харрип прямо говорил о заинтересованности в развитии экономических связей Перу с СССР через Дальний Восток. Он говорил особенно о таких областях сотрудничества, как рыболовство и горнорудная промышленность. В 1990 году свою заинтересованность во вложении инвестиций в инфраструктуру Приморского края высказала делегация Мексики. Тогда же ею были начаты соответствующие переговоры с местными властями Приморского края. К сожалению, распад СССР перечеркнул этот весьма перспективный план.

Были и другие не менее интересные примеры. Так, на рубеже 1980—1990-х годов с мексиканской стороны поступило предложение о возможности закупки сибирского каменного угля для ряда тепловых электростанций Мексики, расположенных на тихоокеанском побережье. Со стороны советских ведомств, включая Министерство угольной промышленности, к этому предложению отнеслись самым положительным образом. Не хватало только одного — выяснения сортов соответствующих углей. Однако, несмотря на неоднократные запросы в советское торгпредство в Мехико, никакого ответа с его стороны не последовало. В результате и эта возможность была упущена.

Во время форума в 1990 году власти Приморского края обсуждали возможность направить одно из советских круизных судов с выставкой на борту образцов промышленности Дальнего Востока и Сибири вдоль берегов ряда стран Латинской Америки, в первую очередь Мексики. Не только с целью демонстрации этой продукции, но и возможности обсудить вопросы налаживания деловых связей с Латинской Америкой.

В ходе проходивших встреч и бесед между советскими и латиноамериканскими участниками Владивостокских форумов выдвигались и другие предложения, в частности обсуждение вопроса о возможности установления прямого авиасообщения между Владивостоком и ближайшей к СССР через Тихий океан страной Латинской Америки — Мексикой.

Был и целый ряд других интересных предложений с обеих сторон, нуждавшихся, естественно, в проработке. Однако отсутствие тогда частной инициативы и затем распад СССР не позволили дать ход всем этим предложениям. Сказывалась и общая неподготовленность к оперативному решению подобных вопросов: ведь Владивосток только в 1988 году был открыт для иностранцев. Однако, несмотря на отделяющие нас от этих форумов два с лишним десятилетия, обсуждавшиеся на них предложения и инициативы отнюдь, на наш взгляд, не утратили своего интереса и целесообразности. Изучение их с учётом нынешних реалий могут вывести на развитие экономических (и иных, например, культурных) связей с Латинской Америкой. Вполне вероятно, что целый список продовольственных товаров из стран Латинской Америки — сахар, бананы, кофе, какао мог бы найти свой рынок сбыта в Сибири и на Дальнем Востоке, снизив существующие там цены на такие товары из других стран.

В России с должным вниманием относятся к активизации тихоокеанской политики стран Латинской Америки. Российские руководители на всех саммитах АТЭС встречаются со своими коллегами из этих стран, обсуждая на них вопросы как двусторонних отношений, так и в целом международного сотрудничества. Так было и на последнем форуме в Гонолулу, где Дмитрий Медведев встретился с президентом Перу Оллантой Умано Тассо. Как отмечал посол Российской Федерации в Перу Н. Троянский, у перуанской стороны, с учётом открывающихся перспектив формирования в рамках АТЭС зоны свободной торговли, есть заинтересованность начать с Россией предметные переговоры о преференциальных режимах торговли с постепенным переходом к заключению соглашения о свободной торговле.

Активную роль стремится играть и Мексика, входящая в первую десятку мировых экономик. Ещё в 2002 году, касаясь подхода Мексики к АТЭС и АТР, тогдашний президент страны В. Фокс подчеркивал, что для Мексики — это долгосрочное вложение.

Помимо общих задач, исповедуемых членами АТЭС, включая Россию и Мексику, между обеими странами могут найтись непосредственно интересы в их двустороннем сотрудничестве в тихоокеанском регионе. Ещё в 2004 году на встрече президентов России и Мексики последняя проявила интерес к закупкам российского сжиженного газа. Учитывая потребности Мексики в этом виде топлива, оно может стать перспективной статьей российского экспорта в эту страну с Сахалина через Тихий океан.

Учитывая давние традиции сотрудничества России и Мексики в гуманитарной области, могут выявиться и возможности связей с Мексикой в области культуры и образования.

Весьма активные позиции в АТР занимает Чили, для которой тихоокеанский регион традиционно является одним из приоритетных направлений её внешней политики. Главным содержанием этого направления являются активно развивающиеся торгово-экономические связи с Японией, Китаем, Австралией и Новой Зеландией. Как правило, Чили задействована почти во всех интеграционных проектах и соглашениях, возникающих в АТР. Представление, например, о внешнеэкономических связях Чили с КНР дает их ассортимент: Китай поставляет в Чили нефть, текстильные товары, оказывает содействие полярной станции Чили в Антарктиде, а импортирует из Чили медь, селитру, рыбную муку.

Учитывая дружественный характер нынешних российско-чилийских отношений, взаимопонимание, которое неизменно сопровождало встречи президентов России и Чили, есть смысл предполагать, что обе страны могут выйти на развитие экономических связей Чили с Сибирью и Дальним Востоком. Здесь заслуживает внимания проработка вопроса о возможности сотрудничества открытых экономических зон в Находке и в Икике (север Чили). В начале 1990-х годов администрация последней выражала желание установить такие контакты.

Небольшой опыт на рассматриваемом нами направлении уже был в 1990-е годы, когда ряд предприятий Сибири принимали участие в Международной ярмарке в столице Чили.

Подводя итоги сказанному, ещё раз подчеркнём исключительную важную роль, которую должен сыграть Владивостокский форум АТЭС как в геополитическом плане для России, так и в укреплении и расширении связей её регионов, в открытии для неё новых географических направлений, в нашем случае — Латинскую Америку.

Александр Сизоненко,
ведущий научный сотрудник Института
Латинской Америки РАН, доктор исторических наук
Журнал «Стратегия России»